– Вчера восстали мертвецы, – согласился Сурт.
Великан стоял в тени слева от Локильда, и его огромная фигура напоминала исполинский языческий идол.
– Это хорошие новости, – Локильд криво усмехнулся.
– Но есть и плохие: пропал Фредрик, – Ангрбода говорила с трудом: слова, словно камни, застревали у нее во рту. – Мы не видели его со вчерашнего дня.
– Никто и ничто не помешают тому, что уже предначертано, – слова Локильда прозвучали как приговор.
Глава 5
Они вернулись в поселок. Торвальд свернул с главной улицы на один из боковых проездов, затем они еще немного попетляли по причудливым переулкам и, наконец, выехали к еще одному мосту через реку.
Мост оказался гораздо длиннее и изящнее того, который агенты видели на кладбище: деревянный парапет украшали причудливые резные узоры, выкрашенные в цвета радуги. Краска местами облупилась, но общий замысел плотника все равно угадывался: мост в виде радуги, перекинутый через реку.
Шеф полиции, выключив зажигание, вышел из внедорожника. Он достал дорожные сумки агентов и уверенным шагом направился к мосту. Лангер и Флориан последовали за ним.
Вступив на мост, Флориан посмотрела по сторонам: полноводная река словно и не думала замерзать, сквозь камни и валуны она стремительно несла ледяные воды к океану.
Тревога иглой кольнула сердце, но Флориан вновь отогнала это чувство прочь. Чувство, которое не давало покоя и на кладбище, продолжало терзать ее в самой глубине души – смесь раздражения и страха, беспокойства и горечи.
Откуда оно взялось, это чувство? С чем связано?
За время работы судебно-медицинским экспертом в Центральном бюро расследований Флориан видела вещи гораздо более страшные, чем то, что она лицезрела в это утро на острове Гиннунг.
Флориан не испугал ни мрачный вид трех женщин у древнего ясеня, ни странные карлики, взявшиеся неизвестно откуда посреди дороги. Она не испугалась волка, и даже жуткое лицо смотрительницы кладбища не вызвало в ней отвращения.
Она была напугана
Флориан понимала, что нужно поговорить с Лангером, рассказать ему о своих необычных переживаниях, но… не могла. Для откровенного разговора по душам до сих пор не представилось удобного момента. К тому же Флориан попросту было неловко признаться Лангеру в своих иррациональных, ничем не подкрепленных опасениях. Да и сам Лангер явно с головой погрузился в расследование, так что психологические переживания напарницы навряд ли сильно его интересовали.
Флориан поняла, что сейчас напоминает задыхающуюся рыбу, выброшенную на берег. Ощущение тревоги и зловещей закономерности происходящего усиливалось с каждой секундой, с каждым шагом по скрипящему настилу моста.
Лангер нарушил молчание:
– Куда мы идем?