Красное кимоно с белыми цветами, сложная причёска с канзаши, — традиционным женским украшением для волос в виде цветов, — профессионально наложенная косметика. Норико и правда выглядела на пять с плюсом.
— Ты готов? — спросила Атарашики.
— Конечно, — ответил я.
— В таком случае мы пойдём, — кивнула она. — Надо собрать гостей в одном месте.
Первыми поднялись мужчины Кагуцутивару, вслед за ними Мисаки, мать Норико, потом Казуки и последней — Атарашики. Причём, прежде чем уйти, Мисаки подошла к Норико и приобняла её, на секунду замерев. Когда мы с Норико остались одни, я нарушил тишину:
— Волнуешься?
— Это всего лишь объявление помолвки, — улыбнулась она. — Я и делать-то ничего не буду. Вот во время свадьбы всё будет гораздо сложнее. Сейчас, скорее, тебе волноваться надо.
Ну да. Свадьба — это не только довольно волнительное событие для девушки, но ещё и ритуал, где нельзя позволить себе ни единой ошибки.
— Мужчины из Рода Аматэру не умеют волноваться, — усмехнулся я.
На что она, продолжая улыбаться, покачала головой.
— У вас в Роду, похоже, вообще никто не умеет волноваться.
— Женщины умеют, — возразил я. — Просто скрывают это отлично.
— Вполне может быть, — кивнула она. — Мы, женщины, вообще неплохо скрываемся.
— Это да, — произнёс я медленно. — Актрисы из вас прирождённые. Не жалеешь, что всё так обернулось?
Резкая смена темы явно её удивила, и пусть она пыталась не показать этого… Женщина она всё же ещё неопытная, как и актриса, да и я уже давно не мальчик.
— Ты о чём сейчас? — спросила она.
— О помолвке, — пояснил я. — Не жалеешь, что Атарашики выбрала именно тебя?
— Вопрос с подвохом, да? — усмехнулась она. — Но я отвечу честно, насколько это возможно. Мне бы хотелось, чтобы мой будущий муж был сильнее, но нет — я ни о чём не жалею. Ты меня вполне устраиваешь. А сам не жалеешь, что скоро женишься?
Забавно, спросила не про себя, а про свадьбу в целом.
— От судьбы не уйдёшь, — развёл я руками, оторвав ладони от подлокотников. — Кому-то это роскошное тело всё равно досталось бы.