Кирилл искоса посмотрел, изучая ее профиль, наконец, вынес вердикт:
– Когда дуешься – очень! Линка, ну серьезно! Я хочу сестре купить хороший подарок, какое-нибудь красивое украшение, она ведь обязательно на свою днюху приедет, – начал уламывать девушку он. – Но я в них ни черта не разбираюсь. Помоги выбрать, а?
– Что?! – продолжала возмущаться Василина. – Опять магазины? Ты моей смерти, что ли, хочешь? Я за один день столько не вынесу.
– Вынесешь, солнышко, вынесешь! – уговаривал Кирилл. – Если хочешь, я тебя по этим магазинам на руках могу протаскать. Помоги только, ты Ингин вкус прекрасно знаешь.
Зря он это сказал. В этот момент воображение Лины сыграло против нее. Она представила, как Лаврецкий с ней на руках залетает в ювелирку и требует кольцо. А ошарашенные продавцы начинают показывать обручальные… Ну а что еще им показывать, если он ее на руках притащит? Бррр… какой кошмар. Так, быстро прогоняем это из головы. Думаем о хорошем. Как говорил там любимый музыкант? Расслабься и с улыбкой спой: «Ты будешь гореть в аду»? Пой, детка, это лучшая психотерапия.
– Так что? Соглашайся, Линочка! – продолжил Лаврецкий, глядя, как пассажирка отчаянно затрясла головой. – Ты же хочешь, чтобы твоя лучшая подруга получила хороший подарок.
Помочь? В конце концов, он и правда ее выручает, везет в офис Лилии, который находится в центре города, через все пробки.
– Черт с тобой, – отрешенно проговорила она. – Только, пожалуйста, на руках таскать не надо. Иначе в магазин ты притащишь мой хладный труп.
– Ты думаешь, я тебя придушу, чтобы долго не таскать? – хмыкнул Кирилл. – Даже не надейся.
– Не, просто меня инфаркт хватит, – отмазалась Лина. – Тем более бесчувственное тело таскать тяжелее.
– Зараза! – с чувством заметил Лаврецкий. – Знаешь, трупик твой таскать было бы хоть и тяжелее, но спокойнее. Ты ведь мне такого удовольствия не доставишь?
– Я дружу с твоей сестрой, – отрезала Василина. – Так что можешь даже не мечтать.
– Да, это, конечно, грозно, – продолжал ржать «строгий» преподаватель.
Глава 16
Вот так, препираясь друг с другом в своей традиции, они доехали до фирмы, где работала Василина. Небольшой, но уютный офис был расположен на первом этаже здания старинного особняка. Девушка прекрасно знала, каких средств и усилий стоило любимой тетушке снимать здесь помещение, но это себя окупало. В городе имя Лилии Левицкой давно было на слуху, и за самыми лучшими, эксклюзивными и уютными интерьерами обращались именно сюда. В компании Лина начала работать еще с первого курса университета и помнила, как однокурсники ей завидовали и с каким благоговением произносили имя тетки. Лилия буквально горела работой, жила своим творчеством, и временами ее мужу, Данилу Левицкому, приходилось приезжать в фирму и забирать жену практически насильно.
Василина гордилась тетей и во многом хотела быть похожей на нее. Да, она очень любила свою маму, Аллу, но характером пошла именно в Мирославцевых, этакая смесь Родиона и Лилии. И последняя делала все возможное, чтобы ее любимица могла себя реализовать. Первый свой серьезный проект Лина презентовала еще в университете. И страсть к работе тоже унаследовала от тети. Как обычно ржал Глеб, в их семействе наблюдалась странная тенденция: Лилия и ее сын (когда находил время для семьи) выгоняли с работы Ваську, а саму владелицу похищал из любимого офиса Данил Владиславович Левицкий.
Сотрудники фирмы видели, как Лина работала над каждым проектом, и пересуды на тему «Вот он, блат», «Что поделать, родная кровь», «Пропихнула родственницу» давно прекратились. Василина, без сомнения, завоевала репутацию хорошего и знающего специалиста, с ней советовались и ее мнение учитывали.
Так было и сейчас. Стоило зайти на любимую работу, как окружили коллеги. Кирилл, который, конечно же, отказался сидеть в машине, только диву давался. Казалось, мнение его спутницы интересовало всех. И она, словно позабыв об отпуске, увлеченно рассматривала эскизы, что-то правила, советовала. В это мгновение в своей стихии и с горящими глазами Василина была очень хороша. Единственной связью с реальностью, не утраченной в порыве трудоголизма, оставались волосы, которые она то и дело рассеянно отбрасывала назад. Кирилл невольно сглотнул, стоя забытый всеми и наблюдая за девушкой.
Наконец балаган разбежался, и Лаврецкий вздохнул с облегчением. Вот сейчас она заберет ключи, и они сбегут из этого дурдома, пусть и уютно обустроенного. Ага, размечтался. Только девушка повернулась к нему, собираясь что-то сказать, как к ней подлетел стильно одетый парень с повязанным на французский манер шарфиком. С виду – типичный человек искусства.
– Василина, душа моя! – воскликнул он. – Наконец-то ты появилась. Без тебя здесь было так одиноко и грустно. Ни малейших проблесков вдохновения, моя милая. – И это недоразумение в шифоне обняло и поцеловало девушку в щеку. Киру оставалось только наблюдать, как спутница приобняла «чудо» в ответ и рассмеялась.