Джемма прищурилась, поймала мяч и крепко сжала его в своих крошечных ручках.
– Продолжай.
Она завелась, отступив на несколько шагов, пока я лениво отбегал в сторону. Но когда она бросила мяч, я понял, что отошел недостаточно далеко.
– Черт, – пробормотал я, подбегая, чтобы словить мяч. Однако не успел, поэтому подпрыгнул с вытянутой рукой. Кожаный шар оказался в моей ладони, поэтому, быстро дернув ее в сторону я перекатился на землю, чтобы завершить захват.
– ТАЧДАУН!
Джемма закричала, подпрыгивая, а затем подбежала ко мне. Я уже собирался встать, но она, смеясь, повалила меня обратно на землю, отчего мы принялись перекатываться по жухлой траве. Почва под нами была холодной.
Мяч все еще был прижат к моему боку, но в какой-то момент я отбросил его и притянул Джемму к себе. Она по-прежнему смеялась, приподнявшись на одном локте и положив другую руку мне на грудь. В ее волосах, что ниспадали на плечо, застряли травинки, поэтому я, улыбнувшись, принялся вытаскивать их.
Тем временем Джемма лишь наблюдала за мной.
– Тебе все еще нравится футбол? – спросила она, переводя дыхание. – Ты скучаешь по нему?
Я кивнул.
– Да.
– Почему ты перестал играть, Зак?
Я сделал глубокий вдох и поднял глаза к затянутому тучами небу. Это был идеальный осенний вечер, холодный и серый, именно такой, каким я любил октябрь.
– В моей жизни появились более важные дела, требующие моего полного внимания.
Джемма нахмурилась.
– Ну, это расплывчатый ответ.
– Просто это трудно объяснить, – пояснил я, вытаскивая еще одну травинку из ее волос. – Я расскажу, когда-нибудь. Обязательно. Но не сегодня, хорошо? Сегодня твой день рождения. Давай поговорим о радостных вещах.
– Например, о чем?
– Мм, не знаю, – протянул я, снова закатывая глаза, прежде чем снова посмотреть на нее. – Расскажи мне о своей работе.
– Работе?