– Вы сказали про дым… – осторожно напомнил я. – А была ли вспышка или какой-нибудь хлопок?
– Нет, вспышки, кажется, не было, – неуверенно проговорила женщина. – Были искры…
– Была вспышка, – сказал кто-то из тех, что сидели на земле. – Я в третьем вагоне ехал, видел. Потом как раз дым и повалил… Наш вагон тоже с рельс сошел, как и второй. А первый вагон вообще всмятку расшибся… Из людей там, наверное, никто и не выжил.
– Не было никакой вспышки, – сказал парень, который помогал перед этим пожилой женщине. – Сейчас еще скажете, что это террористы бомбу подложили… Просто резко понизилось напряжение, поэтому и сработала сигнализация, вызвавшая аварийное торможение поезда.
– А ты не верь всему, что говорят, – заметил парню мужчина лет сорока с большим хвостиком, в клетчатой рубашке с оторванным воротником и большой шишкой на лбу. – Дым был? Был. Густой дым, валил, как из трубы. А дыма без огня не бывает. Я вот слышал, что дело совсем не в напряжении, – обратился мужчина уже ко мне.
– А в чем? – спросил я его.
– Стрелка новая не сработала, – заговорщицким тоном произнес он. – Говорят, мля, она там вообще проволокой была замотана. Проволока порвалась, вот первые вагоны с рельс и посходили. Вот сегодня техника какая, мля. На грани фантастики…
– Вот власти все и свалят на стрелочника, как всегда, – раздался возмущенный голос откуда-то сбоку. – Или на машиниста. Типа, человеческий фактор…
– А машинист разве жив? – обернулся на голос мужик в клетчатой рубашке с оторванным воротником.
– Да, говорят, жив…
– Какое там! От вагона ничего не осталось!
– Это все
– Какие еще, мля, дьяволы, дед? – возмутился мужик в клетчатой рубашке. – Нет там никаких дьяволов. Только крысы большие.
– Есть! – уверенно произнес тот же старческий голос. – Они под землей живут и на свет никогда не выходят. Сеют зло и ужас…
– Псих старый! – сплюнул мужчина.
– А первый вагон вы видели? – подала голос пожилая женщина. – Его прямо в гармошку сложило. Как консервную банку. Из чего щас вагоны делают? Из жести?
– Точно, из жести! – поддакнул кто-то. – На качество же всем наплевать, теперь всех только деньги интересуют…
– Верно! – присоединился к разговору молодой мужчина в футболке. – Что это за вагоны такие? Едешь – все трясется, бросает тебя из стороны в сторону, двумя руками за поручни надо держаться, чтобы не упасть. Такое ощущение, что вот-вот корпус вагона от колесной тележки оторвется на хрен. Я как-то позвонил на «горячую линию» Метрополитена, говорю, делать надо что-то. А меня спрашивают: а вы что, дескать, крупный специалист по вагонам? Нет, не крупный, отвечаю. А мне и говорят, что, мол, вагоны и пути полностью соответствуют техническим нормам и допускам и чтобы я не в свое дело не лез и предоставил специалистам решать, что нормально, а что – нет…
– Верно. А поговорить в вагоне и вовсе невозможно, грохот стоит, как в преисподней. Орать нужно, хотя человек от тебя всего лишь в полуметре стоит. И то ничего не услышит.
– Я тут как-то у дочери в Вене была, так там совершенно другие вагоны, из стороны в сторону не бросает, и грохота никакого, хоть шепотом разговаривай, и чистота, как в операционной.