Второе Пробуждение

22
18
20
22
24
26
28
30

Несколько минут напряженного ожидания закончились в одно мгновение. Началось. Радиоэфир взорвался гулом сообщений. Вообще, пилоты истребителей слышат лишь командиров и напарников по «крылу» — от десяти до двадцати судов — но мне было слышно всё. Спасибо Цефодрису.

Я внимательно всмотрелся в голографический шар перед собой, на котором модели десятков тысяч мелких истребителей и москитов носились среди галеонов гвин`дир. Среди них были москиты особого типа… ровно шестьдесят малых «дровосеков» модели Ар-20У, тридцать их танковых версий, а также сотня произведенных с помощью Цефодриса Ар-20УМ — усовершенствованная модернизированная. Новая модель, которую я создал за то время, пока летел с Земли в Содружество. Её отличие от предыдущих заключалось в аргонитовых сердечниках, запитанных чистейшей энергией Бездны, прошедшей через организм Тэнно. Это была не естественная энергия, выделяемая аргонитом, а её более концентрированная версия. Это в разы увеличило мощность моих «дровосеков». В таком доспехе можно было в одиночку захватить Землю — даже ядерные ракеты ему не страшны, хоть десять штук взорвутся под ногами. А ещё я перекрасил их в черный.

Прикрыв глаза, я откинулся в кресле и скользнул Сознанием к ощущающимся вдали точкам. Это было сделать легко по трем причинам: во-первых, в них моя энергия, которая для меня словно маяк; во-вторых, в пределах одной космической системы я могу с легкостью вселяться во фрейм или собственного дровосека; в-третьих, с помощью Цефодриса я установил внутрь каждого из доспехов небольшие маячки, настроенные на меня, а себе на висок прикрепил треугольный коммуникатор. Как выяснилось, подобные маячки находились во всех биоголемах. Они упрощали Аппарату Телесной Связи — АТС — «зашвыривание» Тэнно внутрь фрейма. Коммуникатор у меня на виске создавал устойчивый канал связи с роботизированными доспехами. Всё что мне оставалось — скользнуть сознанием и энергией внутрь него, перевоплотившись в форму ИскИна, а затем по связующей нити добраться до МРДТ. Дальше дело за малым — контролировать технику я уже умею.

На самом деле в этом не было необходимости. Клем — а именно у него был полный контроль над моими марионетками — прекрасно справлялся с управлением почти двумя сотнями боевых единиц. Однако я преследовал иную цель. Я переместился в одного из «дровосеков». Вокруг кипел бой. Нельзя было стоять, вернее висеть, на месте, потому я устремился вдоль обшивки галеона.

Вблизи всё оказалось совсем иначе… неповоротливые корабли гвин`дир в принципе не могли сопротивляться истребителям. Так мы думали ранее. Нельзя сказать, что генералы этого не ожидали, но когда на наш москитный флот враг выслал свой, это оказалось неприятным известием. Ещё неприятней оказалось узнать, что часть эскадры врага вооружена ионными пушками, в просторечье «шокерами», которые отключают электронику как таковую, либо заставляют её сбоить.

Легкие маневренные дроны гвин`дир с ошеломляющим успехом садились на хвост тяжелым истребителям и москитам за раз по две — три штуки, после чего довольно быстро пробивали энергощиты. Затем они отстреливали движки или превращали борт в «ведро с болтами» с помощью ионных пушек. А дальше неработающий истребитель в течении нескольких секунд уничтожался. На этот случай и были высланы малые Имперские москиты, с легкостью истребляющие «зеленых» — так пилоты уже успели окрестить «хренодроны» гвин`дир. За их цвет, конечно же.

Наступила патовая ситуация. Тяжелые судна не могли полноценно использовать снаряженные на них ракеты класса «борт-борт», попадая под массированный обстрел ионными и бластерными пушками. Это вынуждало их переводить большую часть энергии в щиты, тем самым уменьшая мощности, подаваемые на двигатели. Скорость борта уменьшалась и пилотам, либо операторам москитного флота, оставалось молиться, чтобы крыло — от пяти до десяти бортов — малых москитов отстрелило «хренодрона с хвоста». Вторым вариантом было подать всю энергию в двигатели, тем самым уменьшая прочность щитов и надеясь, что удастся оторваться хотя бы на короткое время, пока легкие москиты «выйдут на след» и снимут преследователя с хвоста.

Средние боевые единицы флота были вынуждены отвлекаться, чтобы сбросить с хвоста очередного «зеленого», а лёгкие только и делали, что охотились за юрким противником, отстреливая его малыми бластерными турелями, не отвлекаясь ни на что другое. Завязалась смертельная чехарда. В динамиках доспеха, единым гулом, самой настоящей какофонией, раздавались переговоры пилотов истребителей:

— Бан на шесть часов!.. на шесть часов!!.. Я посиневший!.. Я под шокером!!..уничтожен!.. Вёдра за мной!.. На хвосте ведро!!.. Я сгорел!.. Слепой!.. Повторяю, я слепой!.. Карусель!.. Бан на три клика!.. на три клика!.. На пять кликов гнездо!.. На пять… Заход на гнездо!.. Вижу гнездо!.. Пятерка на хвосте!.. Пятерка!.. Красные в гнезде!.. Красные в гнезде!.. Вспышка!.. Синий-первый, синий первый!.. Синие уничтожены!.. Твою мать, где красные!?.. Красные на связи!..

Заслушавшись, я чуть не проворонил, как за моей спиной пристроилось сразу два круглых зеленых дрона диаметров пять с половиной метров. Круглый шар дрона был заключен в тиски шестиугольных бронещитов, полностью прикрывающих его по бокам.

«Да куда ж ты лезешь-то…» — моментально развернувшись, я выставил раскрытые ладони и выпустил невидимую энергию Бездны концентрированной волной, поражая не защищенные от этого системы дронов. В сознании иронично пронеслось: — «Я сам как ионная пушка…»

Моментально развернувшись, я на пике своей скорости устремился вдоль галеонов, попутно отдавая приказ оставшимся «дровосекам» с пометкой «М» — то есть модернизированных моей энергией — искать малейшие проявления энергии Повелителей. А галеонов-то много… даже очень. Попутно уничтожая дронов, встречающихся на пути, что для МРДТ было очень легко, я занялся поиском.

Тем временем вышедшая на позицию эскадра фрегатов, дредноутов и крейсеров поливала орудийно-бластерным и торпедно-ракетным огнем галеоны, получая артиллерийскую поддержку с тылов. Вся фронтовая, авангардная часть армады гвин`дир была уже уничтожена. Три — а то и все пять — рядов превратились в обломки. Вот только таких рядов было слишком много, чтобы это имело хоть какое-то значение. Их было далеко не десять и даже не сто. Ближайшее число — порядка ста тысяч рядов. Всё равно, что восемьдесят планет типа «Земля», выстроенных вплотную. И это только в длину.

Неожиданно доспех под номером семьдесят два подал короткий сигнал, показывая, что сигнатура обнаружена. Покинув Сознанием текущий МРДТ, я переместился в него. Тут же огляделся. Мы находились в огромном летном ангаре гвин`дир. Серый металлический пол и стены, обломки дронов, неподвижно замершие в лишенном атмосферы отсеке. На сленге пилотов лётный ангар обозначался словом «гнездо» и, судя по всему, данный «птичий домик» был уже зачищен одним из тяжелых отрядов-крыльев — виднелись следы массового применения ракет класса «борт-борт». Рядом приземлилась ещё пара моих доспехов, оказавшаяся поблизости — Клем счел необходимым оказать мне прикрытие.

Преодолев огромный лётный ангар, мы подлетели к огромной, толстенной ангарной двери, ведущей во внутренние помещения. Сила Повелителя начинала ощущаться. Она распространялась вокруг, словно туман, обвивала мой доспех, просачивалась внутрь… и с рывком отдергивала нематериальные щупальцы, ожегшись о Бездну. Так-то! Запоздало пронеслась мысль, что сейчас пилоты истребителей могут попасть под контроль и выступить против своих.

Открывать ангарную дверь не пришлось. Должно быть почувствовав своими «туманными щупальцами» меня, мозголом решил разобраться. С грохотом дверь начала медленно подниматься. Я ожидал, что меня снесет потоком воздуха, однако атмосферы не было не только в летном ангаре. Это правильное действие, так как при повреждении борта кислород, находящийся в отсеке, послужит отличной средой для горения корабля изнутри. По этой причине военные корабли участвуют в бою полностью выкачав воздух из всех отсеков, кроме инженерной и командной рубок. Экипаж работает в загерметизированных костюмах. Как оказалось, меня никто не встречал и даже никто не бросился из-за закрытых ворот.

— Оператор! Это ловушка, — один из доспехов под управлением Клема схватил меня за плечо. — Будет разумнее…

— Выполняй приказ, — бросил я коротко, используя динамики МРДТ. Вырвав плечо, я направился по затемненным черным коридорам. Да, это ловушка, однако я и раньше справлялся с мозголомами. Сейчас тем более справлюсь — меня переполняет Сила.

Как выяснилось, мы находились не на типичном корабле гвин`дир, которые я взламывал ещё во время союза с Лумирами. Это был корабль совершенно иного вида. Длинный широкий коридор с открытыми дверьми вел меня прямо вглубь корабля. Активировав стелс-эмиттеры, я подключил движки и устремился на бреющем полёте вперед. Доспехи под управлением Клема повторили мой маневр.

Тем временем вокруг корабля бой не останавливался ни на мгновение. Эскадра только достигла этих рядов и столкнулась с новой проблемой. Неизвестное излучение воздействовало на мозг пилотов. И вот уже тяжелые истребители Содружества уничтожают тяжелых москитов союзного флота. Тяжелых, потому что попасть по остальным намного сложнее — диспетчерские ИскИны, управляющие многочисленной москитной флотилией Империи, оперативно среагировали на изменившуюся обстановку. Операторы, контролирующие ИскИны, отдали необходимые команды на частичное обезвреживание и выведение истребителей из зоны действия пси-поля, но ни в коем случае не уничтожение союзных войск. Малочисленный москитный флот других стран продублировал действия союзника, куда более опытного в этом: Москиты — главное оружие Империи.