Витражи. Сказки и рассказы

22
18
20
22
24
26
28
30

«Безумный старик, – восхитился Сева. – И главное, он верит, во что говорит!»

– Ну, знаете… крылья – это уже слишком, – осторожно сказал он. – Ещё в существование двуруких людей я, хм, могу поверить, но в крылатых людей…

– Вы знаете, – перебил его старик, – факт, что Солнце светит день за днём, ничего не доказывает, что оно будет делать это завтра. Сегодня – люди трёхруки, а завтра – неизвестно.

* * *

…Прошёл несколько недель с того дня, как Сева был в гостях у Льва Александровича. Старик попросил никому не говорить о местонахождении его дома, сказал, что сейчас вынужден скрываться, но обещал дать о себе знать. К Севе на мойку приходили какие-то двое в чёрном. Они долго расспрашивали его о Льве Александровиче, подозрительно держа нижние руки в карманах пиджака. Но Сева знал, что им отвечать: после стычки на мойке сумасшедший старик выкинул его за городом, и бедному заложнику пришлось долго добираться обратно.

На автостанции Сева прослыл героем, особенно после истории собственного сочинения, как он храбро вёл себя в плену у злостного маньяка-террориста. Эллочка стала к нему более благосклонна и даже разрешила пригласить себя на свидание.

Однако настоящий фурор произвёло появление сверкающе-серебристой воздухокрылки класса «Тайфун-Х», последней модели, с аккуратным строгим бантом на капоте и маленькой запиской:

«Красота в симметрии». И ещё, мелким почерком:

«Залетай в четвёртое управление ВПС, спроси Михаила Сергеевича Подецкого. Он тебя ждёт».

…На следующее утро, вылетая из испытательного аэродрома, принадлежащего ВПС, с водительскими правами, где наконец-то стояла отметка в графе категории «F», Сева радостно думал, как сегодня вечером прокатит с ветерком красавицу Эллочку, которая всё более благоволила к нему.

Сева был счастлив.

* * *

…Кто знает, как красиво в горах, поймёт, сколь потрясающий вид открывается с самой вершины. Стоишь на самом краю обрыва и с пугающей смелостью смотришь вниз, раскинув руки: эх, и красотища вокруг!

Так же думали двое, оказавшиеся здесь, на самом верху скалы – на небольшом плоском выступе. И думали они так же, как и мы, и также наслаждались неизмеримой силой красоты вокруг.

* * *

Но у этих двоих имелись крылья. И были это люди.

Они сидели на каменном выступе, свесив ноги вниз: их крылья устало обмякли за спиной, словно безвольные полоски ткани, но лица людей казались счастливыми и умиротворенными. Их взгляды скользили по безбрежным равнинам, изгибам горных хребтов, мерцающим островкам далёкой воды…

– Красиво! – выдохнул старший человек, лицо которого уже избороздила сеть мелких морщин.

Младший кивнул, вяло помахивая крыльями.

– Представляешь, а вдруг когда-то люди только ходили по земле и не умели летать?

– Ну ты и выдумал! – покачал головой старший. А после, поднявшись, строго сказал:

– Люди всегда умели летать, иначе как бы они охотились за животными? А как бы передвигались на большие расстояния? Да они падали бы с высоты и разбивались! А как бы жили в высотных домах по тысяче этажей? – старший человек рассмеялся. – Придумаешь, тоже, люди – и вдруг не умеют летать!

– Ну а всё-таки, – не сдавался младший. – Представь: люди ходят по земле, а летают только на воздушных машинах…