– Хороший способ.
– Ваши фотографии вперемежку со случайными снимками из сети, – не обратил внимания на шутку леопарда бог. – Она проявила необоснованную агрессию к каждому из нашей группы. А потом я попросил тройку ребят из департамента задать ей вопросы о наркоте и двоих – о нашем деле. В первом случае она глупила, изворачивалась, В общем, нормальная реакция. Во втором случае клетку едва не снесла.
Ответом Лику была тишина.
– Пройдет проверку, будем знать точнее, а пока считаем за обоснованное допущение. Дальше: связь между квартирами – прямая. Аудра уже на месте, снимает показатели. Какие-нибудь еще соображения появились? Госпожа маг.
Козлова встрепенулась, явно не ожидая, что начальство обратится именно к ней.
– Ну-у…
– Понятно. Зверобой.
– По проходу никаких, но в квартире была одна любопытная деталь. Наш гениальный шизик во весь спектр обожал свою гениальность. Стены целиком увешаны его публикациями с пометками дат и рейтингов медицинского сообщества. Отсортировано по датам. Безопасники постарались, опустошили самую позднюю из капсул – изъяли период времени, связанный с существованием лаборатории, но! В соседней капсуле за несколько месяцев и одну статью до открытия лаборатории у него красуется публикация с довольно высоким рейтингом и положительными оценками критиков. Догадайся, о чем она и почему безопасники тогда на нее не обратили внимания? «Психофизиологические основы гипнотического манипулирования сознанием созданий». Ничего не напоминает?
– Мос разве не проверяла связь Дингира с Зайцевым до появления лаборатории?
– Проверяла, – обернулся к Горице Зверобой. – Ничего нет. И архив ССБ анализировала, тоже пусто.
– Параллельно работали над одной темой? – подала голос Козлова. – Еще вопрос. Гладиола исчезла по заказу Зайцева. Сатир лично документы ей доставал. После исчезновения попала в когти к Дингиру. Если они были связаны, почему Гладиола не исчезла просто так, сразу? К чему такие сложности? В смысле Сатир за нимф, конечно, отвечает, но только в теории. Все знают, на практике он суетится только за себя. Так что даже если бы барышня Мов пропала среди бела дня с людной улицы, наш козел шума не поднял бы. Он бы и туловище с постели не поднял…
– Согласен, – не дожидаясь окончания монолога ведьмы, пробасил Иму.
– Заявление в жандармерии своей эксклюзивной ручкой напишет, да и все, – продолжила Руся. – Совпадение? Почему именно она и именно так?
– Хороший вопрос. – Шеф задумчиво постучал пальцами по стене с экранами, на которую опирался. – А ну-ка просмотри все открытые, освещенные прессой медицинские форумы, где Зайцев принимал участие до публикации. Сможешь вывести на общие экраны снимки и видео?
Маруся колебалась мгновение.
– Запросто. Ищем что-то конкретное?
– Конкретно ищем Гуниду.
– В следующий раз с этого и начинайте. Есть у меня одна чудо-вещичка. Давно мечтала опробовать. – С этими словами ведьма вызвала свою пыль и отключилась от реальности.
Ликург отступил от стены и развернулся. Несколько мгновений спустя экраны ожили, в ускоренном темпе замелькали сначала видеоролики, а затем и снимки. Эйдолон не удержался от улыбки. «Чудо-вещичка» заменила им вероятные часы кропотливой работы. На экран справа Козлова вывела статичное изображение Гуниду, сделанное во время ареста. Высокое разрешение и точно подобранные характеристики, последние годы предписанные как необходимость в оформлении задержанных правоохранительными органами лиц, пришлись ей весьма кстати. И если Лик раньше не особо задумывался над, казалось бы, необоснованной необходимостью введенных мер, то теперь все встало на свои места. Очевидно, его новая сотрудница, в силу специализации, обладала прототипом системы, которую в скором времени намеревались внедрить повсеместно в широком масштабе.
Тонкие зеленые линии, изгибаясь и ломаясь, плясали на каждом новом лице, попавшем в кадр. А слева уже выстроилась колонка с изображениями процентных попаданий. И пока этот процент не перешел выше цифрового значения «шестьдесят».