Не доезжая до пересечения с магистралью Макджи, я свернул на развязке вниз и покатил по переулкам среди жилых домов. По местному времени было 18:00; через четыре с половиной часа меня ждали в Вашингтоне.
18
С городом что-то было не так. Я попытался сделать скидку на свое взвинченное состояние и понять, что же с ним на самом деле такое, – увидеть не то, что я заранее ожидал увидеть, и не то, что мне хотели показать. Внешне все выглядело как обычно, но в общей картине было что-то неуловимо фальшивое, словно все вокруг пыталось играть какой-то дурно срежиссированный спектакль. И я никак не мог ткнуть пальцем во что-то конкретное, источник фальши неизменно ускользал.
На окраинах Канзас-Сити множество жилых районов, построенных век и более назад. Время как будто прошло мимо них. Дети носятся по газонам, старики прохладными вечерами посиживают на крылечках, как это делали их деды и прадеды. Если в округе и есть бомбоубежища, то их не видно. Есть у этих громоздких старинных домов, сложенных из камней давно почившими мастеровыми, простое, безыскусное очарование. Глядя на них, удивляешься, как Канзас-Сити ухитрился заработать свою дурную репутацию, – старые районы выглядят островками покоя и безопасности.
Я проезжал по ним, уворачиваясь от собак, мячиков и малышей, которые гонялись за теми и за другими, и пытался ощутить царящую здесь атмосферу. День клонился к вечеру, наступало время затишья, время выпить пива, полить газон, поболтать с соседями.
Внешне все так и было. Впереди по улице я видел женщину, склонившуюся над клумбой. Она была в купальнике с открытой спиной – явно без паразита, и двое ребятишек, что крутились возле нее, тоже. Что же здесь не так?
Погода стояла очень жаркая, жарче даже, чем в Вашингтоне. Я высматривал голые плечи, женщин в купальниках и мужчин в шортах и сандалиях. Канзас-Сити, несмотря на свою репутацию, расположен в Библейском Поясе, и здесь чувствуется пуританское влияние. Горожане не раздеваются по погоде с радостным единодушием, как в Лагуна-Бич или Корал-Гейблсе. Полностью одетый взрослый человек здесь не бросается в глаза даже в самый жаркий день.
Так что я видел людей одетых и так и этак. Однако пропорции были явно не те. Да, полно ребятишек в одних шортах, но на протяжении нескольких миль я заметил только пять женщин и двоих мужчин с голой спиной.
А их должно быть по меньшей мере пять сотен.
Вдумайтесь в эти цифры. Хотя под некоторыми пиджаками и не скрывались паразиты, простая прикидка давала более девяноста процентов населения во власти титанцев.
Они не просто «захватили» город, как некогда мы захватили Нью-Бруклин. Они его заполнили. Пришельцы не только заняли все ключевые посты в городе – они стали жителями города.
Мне неудержимо хотелось взлететь прямо с места и на максимальной скорости рвануть прочь из красной зоны. Паразиты знали, что я ускользнул из ловушки на въезде, и наверняка уже искали меня. Возможно, я последний свободный человек, разъезжающий по городу на машине, а вокруг – одни лишь враги!
Я едва справился с собственными паническими мыслями. Агент, позволяющий себе так заводиться, ни на что не годен и вряд ли сумеет выкарабкаться, случись ему попасть в сложную ситуацию. Но воспоминания о том, каково это – быть во власти паразита, все еще сохраняли силу, и победа над собой далась мне нелегко.
Сосчитав до десяти, я успокоился и попытался сообразить, в чем тут дело. Видимо, я все-таки ошибался. Паразитов просто не может быть так много: в Канзас-Сити около миллиона жителей. Вспомнился мой собственный опыт: мы отбирали рекрутов и вели учет каждой ячейке. Разумеется, это было незапланированное вторжение, и мы зависели от внешних поставок, тогда как у Канзас-Сити почти наверняка под боком сидела летающая тарелка.
Но даже так что-то не сходилось. Чтобы наводнить Канзас-Сити хозяевами, потребовалась бы не одна, а дюжина тарелок или даже больше. А если бы их было так много, орбитальные станции наверняка бы их засекли и отследили по радарам их посадочные траектории.
А может, не было никаких траекторий? Что, если они просто
Однако выводы, которые напрашивались из всего увиденного, противоречили здравому смыслу. Следовательно, прежде чем докладывать, необходимо еще раз проверить. Пока было ясно одно: даже заполонив почти весь город, они тем не менее сохраняли маскарад и жители Канзас-Сити выглядели как свободные люди. Может быть, я и не настолько сильно выделяюсь.
За своими мыслями я незаметно проехал еще с милю или больше, не выбирая дороги. Когда я понял, что приближаюсь к торговому району вокруг «Плазы», я тут же свернул: где толпы, там и полиция. Но я зацепил самый краешек района и по пути миновал общественный плавательный бассейн. Я запомнил все, что увидел, и отложил для дальнейшего осмысления. Мой мозг использует свою систему отсрочек и приоритетов: данные, имеющие низкий приоритет, откладываются до тех пор, пока каналы не очистятся от прежней информации и не будут готовы к приему новой.
Проще говоря, до меня обычно доходит задним числом.
И я проехал еще несколько кварталов, прежде чем проанализировал данные по бассейну. Их было немного: ворота заперты, на них табличка: «ЗАКРЫТО В СВЯЗИ С ОКОНЧАНИЕМ СЕЗОНА».