Венера Прайм,

22
18
20
22
24
26
28
30

– Исчезла вчера из Лабиринт‑Сити. Ты вернешь ее обратно.

– Марс. – Она сглотнула. – Коммандор, не могли бы вы уделить мне несколько минут, чтобы поговорить с Блейком?

– Извини, нет времени.

– Но, сэр, – сердито сказала она, – если вы отправите меня на Марс, мы с Блейком не увидимся еще несколько месяцев.

– Это зависит от него, мы зарезервировали два места, но он гражданский. Ему не обязательно лететь с тобой, если он не захочет.

Блейку потребовалось мгновение, чтобы осознать это, затем он радостно завопил, а Спарта усмехнулась. Они вцепились друг в друга.

Командор даже не улыбнулся.

Артур Кларк

ПРЯТКИ

Мы возвращались назад через лес, когда Кингмэн увидел серую белку. Наша сумка была наполнена небогатой, но разнообразной добычей – три тетерева, четыре кролика (с сожалением должен сказать, что один был еще совсем детенышем) и пара голубей. И, несмотря на мрачные прогнозы, обе собаки остались в живых.

Белка заметила нас в то же мгновение. Она знала, что ее ждет немедленная казнь – наказание за тот вред, который она причиняла деревьям поместья. А возможно, ружье Кингмэна уже лишило ее близких родственников. В три прыжка она добралась до основания ближайшего дерева и серой молнией исчезла за ним. Мы еще раз увидели крохотную мордочку, на мгновение показавшуюся из‑за края ее укрытия в дюжине футов над землей, но сколько мы с надеждой ни ждали, наведя ружья на разные ветки, она так и не появилась вновь.

Пока мы шли через лужайку к великолепному старому дому, Кингмэн выглядел очень задумчивым. Он молчал, пока мы передавали свою добычу повару, принявшему ее без большого энтузиазма, и вышел из этого состояния только тогда, когда все уселись в курительной комнате и он вспомнил о своем долге хозяина.

– Эта древесная крыса, – сказал он внезапно – он всегда называл их "древесными крысами" в присутствии людей, бывших слишком сентиментальными, чтобы стрелять в милых маленьких белочек, – она напомнила мне о весьма странном происшествии, приключившемся со мной незадолго до того, как я вышел в отставку. Действительно, весьма незадолго.

– Полагаю, что так, – сухо произнес Карсон. Я послал ему предостерегающий взгляд: он служил во флоте и слышал истории Кингмэна раньше, но мне они все еще были в новинку.

– Разумеется, – слегка раздраженно отозвался Кингмэн, – если вы возражаете, я не стану…

– Продолжайте, – торопливо попросил я. – Вы разожгли мое любопытство. Какая связь может существовать между серой белкой и Второй юпитерианской войной, я просто не могу представить.

Кингмэн, казалось, смягчился.

– Полагаю, мне лучше изменить некоторые имена, – задумчиво произнес он. – Но я не стану менять названия мест. История началась на расстоянии свыше миллиона световых лет от Марса…

К‑15 был агентом военной разведки. Ему причиняло немалую боль, когда лишенные воображения люди называли его шпионом, но в настоящий момент ему хватало более существенных поводов для жалоб. Уже несколько дней по пятам за ним шел быстроходный крейсер, и хотя безраздельное внимание столь великолепного корабля и немалого числа прекрасно тренированных ребят могло показаться лестным, он охотно отказался бы от этой чести.

Вдвойне неприятной ситуацию делал тот факт, что его друзья должны были встретиться с ним примерно через двенадцать часов за пределами Марса, на борту корабля, вполне способного управиться с заурядным крейсером, – как вы можете догадаться, К‑15 был довольно важной персоной. К несчастью, максимально оптимистичные подсчеты показывали, что преследователи подойдут точно на расстояние выстрела через шесть часов. Следовательно, через каких‑нибудь шесть часов пять минут К‑15 будет занимать немалое по протяженности и все увеличивающееся пространство в космосе. Возможно, как раз пришло время высадиться на Марс, но такое решение можно считать наихудшим выходом из положения. Высадка, безусловно, разозлит агрессивно‑нейтральных марсиан, а следовательно, могут возникнуть серьезные политические осложнения. К тому же, если друзья будут вынуждены высадиться на планету, чтобы выручить его, это может стоить им топлива более чем на десять километров в секунду, то есть основной части их оперативного запаса.