– Скорее, хранитель.
– Озера?
– Того, что в озере. Вы же наверняка читали про воронку. Из-за взрыва ее забило.
– Новая же открылась.
– Ее недостаточно. Нужно очистить главную. От этого многое зависит.
Бред на экологической почве? Что ж, и такое в практике встречалось.
Герой боевика воспользовался бы тем, что Бельский отвлекся разговором, и выбил бы у него оружие. Нерыдайлов не герой, он немолодой, не слишком здоровый и грузный мужчина.
Бельский догадывается, какие мысли посещают пленника.
– Не советую делать резких движений. Я не собираюсь вас убивать, но подстрелить могу. И Люда кое-что умеет.
– Сезон охоты в нашей области открывается только через три недели, – бурчит Нерыдайлов.
– Шутите? Это хорошо.
Лес кончился внезапно. Перед ними – обширное водное пространство. Зеркало в раме сухого зимнего камыша. Черное зеркало. Местного жителя, даже горожанина, водоемами не удивишь. И все же есть в этом Чадьевском озере нечто пугающее и притягательное одновременно. Большинство рек и озер сейчас еще покрыты льдом. Утром, когда Нерыдайлов проезжал по мосту, лед на Волге казался нетронутым, белым, как в середине зимы. А здесь поверхность воды темна, белые осколки плавают лишь у самого берега – это Нерыдайлов разглядел, когда они подошли к обрыву.
– Говорят, что раньше над озером даже в самый сильный мороз была некая линза из теплого воздуха, – заметил Бельский. – Но мы этого уже не застали.
Нерыдайлов это не прокомментировал, спросил:
– Стало быть, теперь в пещеру?
– Да. Можно спуститься и с поверхности у прежнего входа, но там необходимо специальное снаряжение. А здесь мы можем просто пройти.
Стали спускаться. Этим по мокрой земле удобнее – Бельский в берцах, Людмила в сапогах, а на Нерыдайлове обычные ботинки. Не тонкие, не пижонские, а все ж скользят. Ладно, что не промокают.
Пресловутый грот оказался промоиной, темневшей в обрывистом берегу.
– Идемте. Вы же хотели встретиться со своей сотрудницей. Она уже на месте.
– Уверены, что не сбежала?