Роман опустился в кресло для посетителей и, поправив полы пиджака, произнес:
— Какие у тебя планы на выходные?
— А что? — тут же спросил отец, глядя на него так, будто заподозрил в чем-то плохом.
— Волковы пригласили нас с тобой на барбекю к себе.
— На шашлыки, Рома. В России это называется «шашлыки».
Очередная паршивая мелочь окончательно испортила настроение.
— На шашлыки, — повторил Роман, глядя на отца.
— Ты едешь с Машей? — спросил тот и, упершись локтями в стол, опустил подбородок на сцепленные кисти.
— Еще не думал, но, скорее всего, нет.
— А что так? Прошла любовь? — отец говорил ровным тоном, но в этом ровном тоне не было ни капли теплоты.
— Нет, не прошла, — твердо сказал Роман. — Просто Лялька, кажется, расстраивается из-за присутствия Маши.
— Да ты что? — делано удивился отец. — Интересно, с чего бы это?
— Пап, не надо, а? — раздражение все-таки прорвалось в тон Романа, хоть он и не собирался ссориться. Во-первых, ссориться он не любил, а во-вторых, у него и так почти никого тут не было. Еще не хватало, чтобы и эсэмэски от отца прекратились. — Я же не виноват в…
Роман запнулся, не зная, как продолжить, потому что он не был уверен в том, что Лялька в него по-прежнему влюблена. Ему казалось, что Маша немного ревнует к тому вниманию, которым все окружали Ляльку, поэтому слегка преувеличивает.
— Не виноват, конечно, — пристально глядя на него, ответил отец. — Когда ты едешь? В субботу или в воскресенье?
— Димка пока не уточнял. Но ты спроси у Сергея.
— О’кей, — отозвался отец. — Это всё?
— Нет, я еще хотел насчет практики уточнить. Не хочется болтаться без дела.
— Ну так не болтайся, — пожал плечами отец. — Завтра поедете на завод. Посмотрите производство вживую, чтобы понимать, что за циферками стоит.
— Адрес тот, который на сайте указан? — уточнил Роман.