– У меня нет этих книг! Сколько их было?
– Точно не помню. Вот, нашел. Всего шесть сборников, в которых я принимал участие.
– А к каким-то романам заглавия менялись? У меня есть только последние издания.
– В первых некоторые книги вышли под авторскими названиями.
– Хочешь сказать, названия для печати придумываешь не ты? И существуют еще и твои? – уточнила Лиза.
– Да. В издательстве заглавия в большинстве случаев меняют. В итоге я просто перестал париться над ними: все равно придумают другое. «Снежный вальс» только вот мое. Но в нем два слова.
– А кто-то читал твои рукописи до их публикации? Или хотя бы знал об альтернативных названиях?
– Лиз, рукописи, помимо редактора, читают только Дина и Ивасин. У меня с этим строго. А про авторские названия я, было дело, трезвонил на каждом шагу. То есть писал неоднократно в блоге, что работаю над такой-то книгой, мое название – вот это, но из печати выйдет под другим.
– Ясно, – ответила Лиза, и ее голос зазвенел от волнения. – Дэн, бери все свои сборники, книги с измененными названиями, записи и приезжай!
– Прямо сейчас? – опешил он. И только тогда Лиза спохватилась, что со своим звонком она ворвалась в его вечер непрошеной гостьей. Может, Дэн с Амалией как раз собирались ужинать. Как же она забыла о женщине, о существовании которой помнила все эти дни?
– Я хотела сказать…
Щеки наверняка стали бордовыми, как столешница кухонного гарнитура. Как хорошо, что Дэн не видит этого. И какой стыд, если приглашение показалось ему двусмысленным.
– Хорошо! – внезапно решился он, оборвав оправдания Лизы на полуслове. – Если тебе это удобно, я приеду. С книгами и своими черновиками.
Сердце будто кто-то толкнул, как маятник, и оно заходило туда-сюда в набирающем амплитуду ритме. Лиза прижала одну ладонь к пылающей щеке. Что она наделала? Но Дэн уже сказал, что скоро будет, и сдержанность в его тоне немного успокоила: приглашение он расценил верно. Без всякой двусмысленности.
Он приехал меньше чем через полчаса. Пробки в тот вечер словно перестали существовать как понятие. Или у его машины выросли крылья. А может, Дэн просто жил близко от нее, хоть ни разу не комментировал их возможное соседство. Лиза бросилась по звонку открывать дверь, чувствуя, как от сильного волнения кровь пульсирует в висках. Что-то подобное она пережила, когда внезапно встретилась с Дэном на вечере для бизнесменов. Но даже сегодня днем, отправляясь на встречу с ним в кафе, не испытывала такой нервозности. С опозданием Лиза подумала, что нужно было переодеться: в этих широких домашних джинсах с протертой на коленке дырой она наверняка выглядела смешной. И не к месту предположила, что Амалия уж точно не встречает Дэна в старой, но удобной одежде, а наряжается в сексуальное белье и полупрозрачный пеньюар. Что за мысли? Дрянные, постыдные, отвлекающие. Лиза сделала глубокий вдох, чтобы немного унять волнение, и открыла дверь.
Одной рукой Дэн придерживал накинутую на плечи куртку, по которой стекали водяные струи, другой прижимал к себе увесистый пакет. Волосы его намокли под дождем и оттого казались темными. Дэн коротким нервным движением стряхнул с них капли и смущенно улыбнулся:
– Привет!
Лиза посторонилась, пропуская его, и вместе с Дэном в квартиру ворвался свежий запах дождя, смешанный с ароматом мужского одеколона.
– Ты без зонта? – спросила она, чтобы нарушить неловкое молчание.
– Забыл дома. А машину припарковал далеко.