Сепультурум

22
18
20
22
24
26
28
30

Харата открыл дверь, и первые из выживших уже входили в нее, когда баррикада обрушилась, и орда устремилась внутрь.

Тут отключилось электропитание, свет погас, и все погрузилось во мрак.

Глава VIII

Черви

В тумане на полях что–то двигалось.

Они успели дойти только до старых мельниц, когда Селестия остановилась. Она выглядела нервной, но Кристо едва ли мог ее за это винить. К счастью, ветер переменился, и дым вместе с вонью гари уплывали за Железный Пруд, находившийся в полумиле или даже дальше позади них. Впрочем, ему было не унести образы и крики, которые уже прочно въелись в сознание. Кристо было скверно о них вспоминать, но он мог лишь догадываться, что для сестры-послушницы все обстояло многократно хуже.

— Ты уверена?.. — прошипел он, сощурившись и вглядываясь в мутный бурый туман. Карина периодически обмякала у него на руках. Примерно н середине пути от приората, когда руины уже пропали из виду, но не из головы, они остановились под сенью металлического выступа, где накопившиеся отложения улья образовали своего рода утес. От конденсирующейся влаги тот был скользким, по неровным краям бежали крошечные каскады медно-рыжей воды. Кристо уложил Карину, волнуясь из–за вынужденной остановки, но зная, что ей нужен срочный медицинский уход. Селестия нанесла мазь и дала ей тинктуру из маленького серебряного флакона. Кристо не знал, что было во флаконе, однако от этого Карина ненадолго очнулась, а затем снова погрузилась в глубокий сон.

— Она будет спать. Исцеляться, — произнесла сестра-послушница. Они двинулись дальше и шли достаточно хорошо до мельниц.

Теперь свет постепенно мерк, уступая ночи, и создавал глубокие тени, напоминавшие когти.

Селестия приложила палец к губам, призывая молчать. Она внимательно прислушивалась, застыв на границе тумана, который цеплялся за край ее рясы, будто пытался увлечь ее внутрь. Кристо тоже прислушался. Он слышал, как стенает старый металл, как скрипят гротескно разросшиеся корни и как шелестит покров листвы.

А потом что–то затрещало, и Селестия повернула голову на этот внезапный хруст.

В тумане шевельнулась фигура, слегка покачивающийся силуэт.

Кристо почувствовал, как по загривку стекает капелька холодного пота. Собственное дыхание вдруг показалось ему необычайно громким, и он подавил искушение задержать его. Он напряг глаза, пытаясь более отчетливо разглядеть силуэт. Определенно человекоподобный, прямоходящий. Он не помнил, чтобы видел какие–либо признаки жизни, когда проходил здесь раньше, однако старые мельницы занимали большую территорию, а они ушли дальше на запад, чем в прошлый раз. Ему на ум пришли мертвецы — иначе он о них думать не мог — которые напали на приорат.

Они ведь должны были откуда–то взяться

Победа дрожала в ладони Селестии, и Кристо протянул руку, мягко постучав ту по плечу. С момента остановки она почти не пошевелилась, но едва не отпрыгнула назад, когда он к ней прикоснулся. Она яростно глянула на Кристо, тот ответил извиняющимся взглядом, а затем положил Карину наземь и, преодолев небольшое сопротивление, взял меч.

Тот казался легким, хорошо сбалансированным, пусть и маловатым для его руки. Мастерски сработанное оружие. Выставив клинок перед собой, Кристо медленно вошел в туман. По ту сторону границы вонь, исходившая от старых мельниц и их выпотрошенного нутра, стала тошнотворной и отвратительной. Глаза заслезились, мешая как следует разглядеть фигуру. Та стояла на месте и покачивалась, свесив голову. Волнистые волосы слегка колыхались на ветру. От нее исходил неприятный запах — хуже, чем от приторного сока корней и травянистого перегноя под ногами. Пахло гнилым мясом и разложением.

Мертвец.

Кристо ощутил, как в горле как будто комом встал слиток свинца, и с натугой сглотнул.

А затем помчался во весь опор, пожирая ярды шагами мускулистых ног, и с силой размахнулся. Удар пришелся фигуре по шее, разрезав бумагообразную кожу вместе с отслоившимися мышцами и выпустив на свободу по-настоящему омерзительную вонь, а также сердитый рой трупных мух, которым помешали на середине пиршества.

Чувствуя, как насекомые жалят его в шею, руки, пальцы, Кристо попытался осмыслить, что же он только что обезглавил. Еще несколько взмахов клинка разогнали мух, и Кристо обнаружил, что смотрит на безголовое тело сервитора. Механические части проржавели насквозь, из–за чего тот застыл на месте, будто медленно разлагающееся пугало. Телесные составляющие протухли и едва держались на костях. Большая их часть уже превратилась в суп, сочившийся из природных и искусственных отверстий.