Я махнул рукой в сторону Михаила.
— Если интересны детали, то позже он тебе всё объяснит. А пока вернёмся к главному.
Юноша чуть смутился, отведя взгляд в сторону. Опасается скандинавки? Или наоборот? У него же с Софьей вроде любовь до гроба?
Мьёльнир что-то тихо пискнул, а Сандал мысленно захохотал. Похоже, я настолько погрузился в дела за последнюю пару дней, что пропустил нечто важное.
Впрочем, сейчас все ждали от меня деталей плана, так что я сделал пометку на будущее и продолжил объяснять.
— Лецзюнь подмяли город под себя практически без боя. Договорились с местными лидерами, пообещали им стабильность и определённый уровень автономности, если те не станут мутить воду, а потом заключили договор ограниченного вассалитета с правящим Домом и на этом история закончилась.
На мгновение прервавшись, отпил кофе. Обвёл четверых членов свиты взглядом.
— Миллион жителей. Как минимум, каждый двадцатый — Одарённый. Как их держать под контролем?
Те обменялись взглядами и первой, неожиданно высказалась рыжая.
— Разделять и властвовать?
Заметив на моём лице лёгкое удивление, обиженно поджала губы и отметила.
— Я вообще-то читаю, когда есть свободное время. Навёрстываю упущенное.
Поощрительно улыбнувшись, я утвердительно наклонил голову.
— Всё верно. В городе есть гарнизон маньчьжуров, но он не слишком велик. По договору с правителем Чосона, им разрешено держать в городе только родовую гвардию. Ввод наёмных сил допускается лишь временно, на период до четырнадцати дней.
Измайлов задумчиво прищурился.
— И сколько их там?
Когда Бельский сбрасывал мне данные на Лецзюнь в первый раз, там говорилось об одном ниру Белого Знамени, который формирует род. Но это была лишь верхушка их родовой гвардии. Элита, готовая выступить в поход по приказу императора Цин или главы Белого Знамени. А вот общая численность родовой армии, оказалась куда выше.
— Около семи тысяч человек. Из них почти полторы тысяч Одарённые. Плюс, десять тысяч корейцев, которые относятся к городским силам охраны порядка. И около двадцати тысяч полицейских.
Четверо смертных, что сидели передо мной, снова помрачнели. На первый взгляд, сравнение и правда было не в нашу пользу. Я же продолжил.
— При этом, город контролируется массой разнообразных фракций. Каждая из которых располагает своими людьми во всех структурах. Фактически, это десятки семейных кланов, только сформированных не аристократами. А во главе, далеко не всегда стоят Одарённые.