Кавказ подо мною

22
18
20
22
24
26
28
30

Событие сороковое

Стратегия без тактики — это медленный путь к победе, а тактика без стратегии — это много бесполезного шума и суеты перед поражением.

Михаил Иванович Драгомиров

С генералом Цициановым за эти прошедшие полгода Пётр Христианович не виделся ни разу. Это если на глобус взглянуть, то Кавказ фитюлька. Сел на самолёт в Дербенте и через полчаса уже в Тиф лисе. Плохо всё с самолётами пока. А добираться на лошадях с обозом через Моздок — это на неделю точно. Да при плохой погоде, а осенью и зимой, как это ни странно, плохая погода — так вообще, крест самый настоящий, даже в двадцать первом веке. А если через Баку, а потом Карабах, то не сильно лучше и ближе, и придётся через два вражеских ханства следовать. Потому, обменялись пару раз письмами. Цианинов «предлагал» ему приехать. Со скрытыми угрозами предлагал. Князь Пётр Христианович фон Витгенштейн-Дербентский ответил князю Павлу Дмитриевичу Циановый (он же — Павле Димитрии де Цивилизации), что приболел — слабость в ногах и головокружения всякие, и в груди томление, и пообещал, как только, так сразу, в гости с дружественным визитом приехать. С Павлом Дмитриевичем они в походе Валериана Зубова оба принимали участие, и были знакомы, но почти не общались. Витгенштейна быстро отправили в Столицу после захвата Дербента с радостной новостью и ключами от Дербента к Матушке-Государыне, а Цианинов участвовал в походе том до конца войны и даже был комендантом Баку.

На карте был замечательный ход для Цицианова, в случае, а точнее, когда персы минуют Шушу. Они же по дороге все войска всех соседних ханств заберут и оставят тыл голым. Вот бы в это время ударить из Тифлиса на Эривань. Так что взял Брехт и написал Цицианову, чтобы готовился к войне и примерный расклад сил персидских и движение этого войска описал, а в заключение посоветовал, как дороги весной наладятся, на Эриванское ханство двинуть. Формально оно, конечно, независимое ханство, но фактически — вассал Ирана и там сидит не армянин на троне, а азербайджанец скорее, и сама крепость Эривань — это почти азербайджанский анклав в Армении. Народ не должен при появлении русских бросаться на них с мечами, наоборот, должен поддержать. И Персия в случае войны с Дербентом на помощь не придёт.

Надеялся Брехт, что генерал Цицианов оценит предоставленную возможность и сей дерзкий манёвр осуществит, тем самым поставив Сулейман-хана в очень невыгодное положение. И назад не поворотишь, и в тылу война.

Оставался самый непродуманный кусочек военной компании. К югу от Баку было небольшое ханство. Называется оно Талышским и столицей ханства является город Леонкарань. Сидел там на троне Мир Мустафа-хан. Он уже выступал против Ирана, но был разбит, но после убийства шаха телохранителями, войска Ирана покинули Кавказ и Тылышский хан написал письмо Александру с просьбой о протекторате и даже поназахватывал соседние городки и селения. Как сообщили всё те же разведчики, сейчас, с войском в пару тысяч человек, он взял Решт и там остановился. А Решт это уже самый-пресамый юг Каспийского моря. И это уже исконно персидская земля. Хрен его знает. Как поведёт себя Иран? Вышлет на непокорного Мир Мустафу-хана отдельное войско или, перед тем, как идти на Шушу, Сулейман-хан со всем двадцатитысячным войском сначала разделается с Талышским ханом. Приличный крюк на восток получается.

Не понятная ситуация. И это далеко. А с другой стороны? Далеко от Дербента по суше. А морем? От Решта до Тегерана триста километров по хорошей дороге. Подумать надооооооо!

Глава 15

Событие сорок первое

Когда нам удаётся перехитрить других, они редко кажутся нам такими дураками, какими кажемся мы сами себе, когда другим удаётся перехитрить нас.

Франсуа де Ларошфуко

Эх! Расстудыт её в качель. Всем хочется Стенькой Разиным побыть. Песни про тебя будут складывать акыны и прочие гусляры. Картины рисовать целые Суриковы. На уроках истории проходить будут, и не как обычного пирата и разбойника рассматривать под микроскопом, а борцом за права порабощённого народа, выступателем за униженных и оскорблённых и пламенным революционером, детишкам втюхивать. Долой царизм, да здравствует учредительное собрание. Княжну утопил? Это просто борьба за равноправие. У братвы нет княжон, и ему не надо. Изнасиловал сначала девку? Не, не, это он не урод никакой, а борец тоже. Она из эксплуататорского класса, а эксплуататоров нужно насиловать и экспроприировать. Потому что нефиг.

Словом, светлый такой образ, который разбудил Герцена. А интересно Герцен этот родился уже? Может, задушить в колыбели? Нужно, когда вернётся с Кавказа, поузнавать всё про персонажей с такой фамилией и всех отправить в форт Росс. Пусть среди индейцев сеет доброе — вечное. Стоп. Он же какой-то незаконнорождённый. Вот ведь гадство. Почему не Историю, а Физику преподавал. Как бы сейчас совсем другие знания пригодились.

Ну, нет, так нет. Подождём. Сейчас нужно как следует обдумать и подготовить пиратский набег на Иран. Зачем? Обогатиться? Ерунда. Хотя всё что не увезём, понадкусываем. В данный исторический момент, когда готовятся персы напасть на него, нужно дезориентировать их, поджечь ситуацию в стране с разных сторон. Цицианов нападёт на Эривань, Мир Мустафа-хан занял Решт, а Брехт, пока Сулейман-хан собирается с силами и ждёт хорошей погоды, нападёт на Чалус — городок на самом юге Каспийского моря. Он находится в нескольких километрах от порта Сардаб Руд. Даже если там и нечем поживиться, напасть надо. Пусть рыбаки одни нищие живут, но это всего в сотне с небольшим километров от Тегерана. Пощёчина будет громкой. И шах начнёт всех восемьсот жён эвакуировать. Будет не до войны с Брехтом.

А если ничего такого и не произойдёт, то с этих пор часть войска персам придётся двинуть к морю, чтобы обезопасить столицу. И эти войска нужно вооружить. А современное оружие — главная проблема у шаха. Так что, с любой стороны полезный будет поход. И провести его нужно максимально быстро, пока Сулейман-хан войско не собрал. На месте шаха Брехт бы потребовал тысяч пять самый лучших воинов отправить к побережью. Может шах и плохой поэт и многожёнец, но не дурак. И советники — визири всех мастей у него есть.

Пётр Христианович отодвинул карту и позвал Управляющего делами Президента, Карима-эфенди.

— Карим, дорогой, срочно гонца к Мехти второму отправь. Мне через пять дней нужны здесь в Дербенте три больших буса, что он мне в прошлом году давал. И если есть, пусть на них посадит пару десятков моряков лишних. Стоп. Если есть капитаны или матросы, что бывали в Чалусе, пусть их тоже пришлёт. Всё, бегом. — Вот хорошо быть деспотом, никто решение твоё на Думу не выносит, в прениях не забалтывает. Сказал бегом и старичок, путаясь в халате, пошкондыбали вихлявой походкой.

Пока дожидался Мехти, без дела не сидел. Был у него один незаконченный проект, начатый ещё осенью, и вот теперь дело подошло к испытаниям. Брехт взял с собой на Кавказ, тот самый огромный карамультук, он же слонобой, оно же стеновое ружьё. Отдача слишком велика и точность низкая. Потому, показал местным оружейникам и кузнецам и спросил:

— Сможете сделать подобное, только вот здесь нужно устроить дульный тормоз и, как на ружьях Бейкера, хоть чуть нарезы внутри ствола попробовать сделать. Вот чёртёж.