К пограничной заставе Великого дома Грейвов подкрадывался отряд высокоуровневых бойцов из Великого дома Хотан. Задачу им поставили весьма любопытную: уничтожить заставу, сжечь её и оставить послание обнаглевшей и зазнавшейся Арафируэль — жалкой предательнице, что не только им палки в колёса вставляла, но ещё и якшаться с людьми начала.
Насколько же сильно надо пасть и отчаяться, чтобы пойти на союз с этими слабыми, ничтожными и мелкими дохликами. Да, природа обделила их силой, но взамен наградила хитростью.
Однако предательница должна ответить за свою слабость. Шелион станет великим! Под руководством Ому и Хомул! Первый легендарный отряд получил своё первое по-настоящему важное задание — объявить войну Грейвам.
Закованные в легендарные доспехи бойцы тихо подкрались к заставе. Скрытые артефактом, они вытащили свои клинки. Каждый из них имел уровень выше двадцатого и до попадания в этот мир считался элитным воином. Всё-таки не каждый может похвастаться непревзойдёнными навыками владения оружием, выдержкой и дисциплиной. Брат и сестра были уверены, что никто не сможет сравниться с ними. Только их персональная гвардия и стража могли соперничать по артефактам с элитным отрядом.
Командир альвов растянул на земле пергамент и начал читать начерченные на там слова, вливая ману. Тянулась секунда за секундой. Легендарная печать легендарного свитка наполнялась маной. Наконец символ в его центре засиял.
Свечение полностью сняло маскировку, поэтому в следующую секунду альвы отправились в бой.
Застигнутый врасплох отряд погранзаставы подорвался к сигнальным огням и трубе, но… Абсолютная тишина… И полностью заблокированные заклинания.
Купол безмолвия… Жуть, накрывшая округу заставы, не позволила выйти наружу ни единому звуку. Магия также не работала. И не будет работать ещё полчаса. Только оружие, доспехи и мастерство боя покажут, кто будет жить, а кто умрёт.
Клинки столкнулись. Пролилась кровь. Застава пала. Хоть и сражалась до последнего вздоха своих бойцов. Жадный огонь поглотил трупы, и лишь один невосприимчивый к огню холщовый мешок остался лежать на пепелище нетронутым. А в нём традиционный альвийский способ объявления войны: голова дипломата, просившего о мире и переговорах.
Глава 10
Солнце нещадно жарило вовсю, заставляя меня истекать потом, даже сидя на своём вип-аэроплане. Погода тут неадекватно отличалась от других регионов, где уже ночью в полной мере ощущалась осень. Особенно в Холмогорье… Здесь же… Будто издеваясь надо мной и моими попытками справиться с палящим солнцем при помощи артефактов, природа была столь категоричной, что я диву давался.
Во время охоты на гигантского лавового краба, конечно, тоже было жарко, но там подобное как-то само собой разумелось. И я бы даже не сказал, что было жарче. Разве что около самих лавовых озёр и ручьёв, что время от времени появлялись в этом подземном лабиринте. Тут же пришло чёткое осознание: это место не для людей. Вряд ли здесь к обеду менее шестидесяти градусов Цельсия будет.
— КХИ-И-И!
— Да, лететь нам ещё много… Давай тормози на первом подходящем месте, где есть хоть какая-то тень, — согласился я с птицем, и мы продолжили вояж по этой воистину огромной пустыне.
Я был уверен, что мы уже пролетели расстояние не меньшее, чем занимает Холмогорье с востока на запад. Правда, конца и края этой зловещей территории так и не появилось. Сейчас, к слову, мои глаза смотрели на эту дикую местность не как на преграду на пути человека, а как на потенциальные владения. И мне такое соседство не нравилось. И вовсе не из-за скудных ресурсов или невозможности расселения людей, добычи пиши и подобного. Причина была совсем иной.
Людей здесь я не видел, а вот тварей… Первые, кого мы заметили — скелеты и нежить. Сперва даже подумал, что это просто кости на жёлтом песке. Но стоило только пролететь над ними, как они побежали следом, стряхивая с себя пыль.
Вторая проблема, что ещё больше напугает и ужаснёт простых людей и нелюдей — монстры. Странные, вычурные, опасные монстры, которые совершенно не имеют ничего общего с хищниками планеты Земля.
Нет, возможно, наши тигры где-то здесь и водятся, но стоят бедолаги на нижней ступени пищевой цепи. Среди множества других трудно описываемых тварей мне прямо в душу запали три из них. Вот с такими бы, ради хорошей охоты, я бы точно познакомился поближе.
Первым был огромный мохнатый монстр, напоминающий скорпиона. Только его похожая на тело нашего хищника туша не двигалась и служила своего рода домиком, откуда тварь выстреливала белыми щупальцами во все стороны, взрывая ими песок и заставляя основное тельце катиться вперёд, выискивая добычу. Размеры его оценить довольно трудно, но, по моим прикидкам, от ближних до дальних щупалец было около десяти метров.
Второй монстр мог бы посоперничать с Грохом Пустоши. Но если Гроха можно было сравнить с нашей огромной тоннелепрокладывающей машиной и Шаи-Хулудом, — песчаным червём из знаменитой «Дюны», что на созданной нашими, земными фантастами планете Арракис обитает, — то местная тварь, несмотря на подходящий для Арракиса пейзаж, совершенно на него не походила… Разве что по размерам приближалась к песчаному собрату: длина тела до километра и ширина пасти метров так в пятьдесят. Грох в сравнении с ними — личинка. Мелкая, мясистая такая личинка.