Солсбери стиснул кулаки и прижал их к груди, будто для того, чтобы не дать выход своим чувствам.
— Линч, я заставлю вас обоих страдать, как никто никогда еще не страдал.
Кэй никогда не слыхала такого голоса, не видала такого лица.
— Вы ничего не понимаете! — воскликнула она. — Послушайте! Амбиелли за мной охотился. Тот человек. — Она не глядела туда, где он лежал. — И тот огромный. Они бы меня убили. Разве вам это не ясно? Сэм спрятал меня от них.
Они смотрели на нее в недоумении. Ее слова от них попросту отскакивали.
— Это у тебя не получится, дорогая, — мягко сказал Алэн. — Это невозможно. Тебе не удастся выгородить...
— Он очень даже прав, — заметил Сэм.
— Он очень ошибается, Сэм, и ты это знаешь. Ведь это было не настоящее... Это ведь все нарочно. — Она спустила ноги на пол, откинула с лица волосы. — Тебе придется сделать это для меня, Алэн. И тебе, папа, тоже. Времени для пререканий нет. Пока в это дело не вмешалась полиция. Нет, нет, послушайте! Вы с Сэмом спасли меня от Амбиелли.
— Кэй, я боюсь...
— Вам придется представить все это именно так.
— Это неправда, — чопорно возразил Алэн.
— Нет, это достаточно правдиво. Правдивей, чем ты...
— Правда — абсолют, — заметил Сэм. — Он очень даже прав. Оставим это, сестра.
— Сэм, ты хочешь, чтобы тебя судили за похищение и за убийство?
— Нет, не особенно. — Он пожал плечами.
— Тогда...
— Успокойся, — посоветовал он. — Не надо себя заводить. Ты ничего не сможешь сделать. Все пойдет своим чередом,
— Почему?
— Потому что в чем-в чем, а в этом Дюлейн прав. Не веди себя по-бабьи, сестра. Разве, тебе не известно, что мои поступки полагается судить обществу?
— Обществу, — фыркнула она. — Уж кто-кто, а ты бы об обществе помалкивал.