Хюльда кивнула.
– Полицейский на зеленой «шкоде» – вот это да!
– Может, пройдем в дом и поговорим?
– В этом нет необходимости. Дом я продам, и заходить в него снова мне не хочется. Я просто поеду с вами, хорошо?
В этот момент Хюльде больше всего хотелось дать ему шанс и отпустить на все четыре стороны. Ей было жаль Дагура, и она очень хорошо его понимала, поскольку знала, что некоторые преступления настолько ужасны, что месть за них оправданна. Для нее больше не было тайной, почему Дагур бросился на Клару и столкнул ее со скалы, когда у него случилось минутное помутнение рассудка. Разумеется, его нельзя было отпускать еще и потому, что Александра подтвердила: Клара приходила к нему в ту ночь, а потом они спустились вниз вдвоем – Клара и Дагур. Александра не могла уснуть, поскольку у нее теплилась надежда, что Дагур, как она выразилась, проскользнет к ней в постель. Но он уснул, а она так и не сомкнула глаз. Невидимая нить между ними была настолько прочна, по крайней мере так считала Александра, что она решила никому об этом эпизоде не рассказывать…
– Это вы убили Клару?
– Я… не хотел ее убивать. Не хотел, понимаете? Но я не смог с собой совладать. Она явилась ко мне ночью, разбудила и сказала, что хочет сообщить мне что-то важное, о чем больше не может молчать. Мы отправились гулять и дошли прямо до того выступа в скале – это была ее идея. Думаю, она заранее решила броситься с обрыва.
Он умолк.
– Что она хотела вам сообщить? – спросила Хюльда.
– Ну разумеется, то, что это она убила мою сестру. Вы, несомненно, об этом догадались.
Хюльда кивнула.
– Оказывается, Катла и Бенни начали встречаться, но об этом никто не знал. Бенни бросил Клару, – по ее словам, между ними произошла ужасная сцена. Кларе было несложно догадаться, в чем причина разлада. Как она выразилась, Катла увела у нее Бенни. Она проследила за ними, когда они выезжали из Рейкьявика, – у нее как раз появился автомобиль, – и сразу же поняла, что они направляются в летний дом. Ей и самой приходилось бывать там с Катлой и Александрой. Клара утверждала, что все произошло по нелепой случайности – мол, она хотела всего лишь немного встряхнуть мою сестру, припугнуть ее, что ли. Вот она и воспользовалась шансом – проспала всю ночь в машине в ожидании, пока Катла останется одна. Моя сестра всегда получала то, что хотела, понимаете? Я, конечно, ее обожал – она ведь была моей старшей сестрой и очаровательной девушкой, но и манипулировать людьми она тоже умела. Она захотела Бенни – и получила его, на чувства Клары ей было наплевать. Вот такая она была, наша Катла… По сути, мы все жили в ее тени последние десять лет – в том или ином смысле.
– И что же произошло в летнем доме?
– Жуткая ссора с криками и угрозами. Закончилось все дракой. Клара толкнула мою сестру, та ударилась головой об угол стола и… просто истекла кровью. Все произошло стремительно, насколько я понимаю. Клара была в шоке от того, что натворила. Телефона там, конечно, не было, так что и «скорую помощь» она вызвать не могла. Она утверждала, что сестру все равно было уже не спасти, – не знаю, насколько это правда… Но вы должны меня понять – я буквально слетел с катушек. Эта чертова сука разбила мне жизнь и разрушила мою семью – из-за нее я лишился сестры и отца, а моя мать не живет, а существует… И теперь по ее милости меня посадят в тюрьму. Вишенка на торте.
– Нам пора ехать, Дагур.
Он кивнул, а потом добавил:
– И Бенни тоже тот еще подлец. Он мог бы спасти отца, стоило ему лишь набраться смелости и во всем признаться. Так ведь нет – он предпочел не марать свою безупречную репутацию. Гребаный перфекционист! И родители его такие же – лишь бы все было шито-крыто. Не дай бог оказаться замешанным в убийстве!.. Знаете, мы с ним готовы были вступить врукопашную, когда вы пришли. Он, конечно, все отрицал, но я уже знал от Клары, что он был в летнем доме с моей сестрой… Хотя о признании Клары я, конечно, не мог ему рассказать.
– Нам нужно ехать.
Дагур захлопнул за собой дверь отчего дома – возможно, в последний раз.
Он сел в «шкоду», не оказав ни малейшего сопротивления. И несмотря на то что Хюльде было, конечно, очень жаль арестовывать этого молодого человека за убийство, ее не покидало чувство, что она наконец одержала большую профессиональную победу, которой ей так не хватало. И это чувство согревало ей душу.