Последняя схватка

22
18
20
22
24
26
28
30

Отдав приказ, Д"Альбаран бросил поводья, выхватил пистолеты, хладнокровно зарядил их, до крови пришпорил коня, который заржал от боли, и полетел вперед, яростно вопя:

— Смерть им!.. Смерть!..

Подручные великана помчались за ним, тоже сжимая в каждой руке по пистолету и тоже крича:

— Вперед!.. Бей!.. Круши!.. Дави!..

Это был смертоносный вихрь, который, казалось, сметет все на своем пути.

Не дожидаясь, пока его растопчут на узкой дорожке, Вальвер тоже выхватил пистолет. Другой рукой он держал поводья, чтобы в любой момент направить коня, куда потребуется. Юноша тоже послал своего скакуна вперед, только не безрассудно, как это сделал д"Альбаран, а так, словно они упражнялись в манеже.

Выполняя, вероятно, заранее полученные указания, Ландри Кокнар спрыгнул на землю и побежал вдоль живой изгороди. В каждой руке у него было по пистолету. По привычке он оглашал окрестности истошными воплями, искусно подражая всем известным в то время домашним животным.

Оказавшись в пяти шагах от Вальвера, д"Альбаран выстрелил, взревев страшным голосом:

— Умри, собака!..

Вальвер хладнокровно ждал этого выпада. Не успел еще противник нажать на курок, как Одэ вонзил шпору в бок скакуна и резко дернул за поводья; конь быстро отступил влево. Пуля просвистела как раз там, где только что находился юноша. Д"Альбаран целился ему точно в грудь. Вальвер сразу выстрелил в ответ, но не во всадника, а в лошадь.

И не промахнулся: конь рухнул как подкошенный. Д"Альбаран вылетел из седла и растянулся посреди дороги, но отделался лишь легкими ушибами. В мгновение ока Вальвер отшвырнул разряженный пистолет, выхватил второй, остановил своего скакуна, спрыгнул на землю и бросился на поверженного противника.

Подручные д"Альбарана мчались за ним. Свои пистолеты они разрядили сразу после того, как это сделал их хозяин. Но ни одна из четырех пуль не попала в цель: то ли слуга испанца были плохими стрелками, то ли слишком понадеялись на удачу… Теперь они летели, как пушечные ядра, — прямо на своего господина. Еще секунда, и он оказался бы под копытами их скакунов. Нечеловеческим усилием гиганты вовремя остановили лошадей. Громилам бы не следовало спешиваться, но они, похоже, были настолько преданы своему хозяину, что, забыв о всякой осторожности, поспешно соскочили на землю и устремились к д"Альбарану, чтобы прикрыть его своими телами.

Однако усилия дюжих ребят оказались напрасными. Крепкие парни не успели даже выхватить шпаг: Ландри Кокнар был тут как тут. Он не стал стрелять. Он просто обрушил рукоять пистолета на темя одного из гигантов. Тот, не застонав, не издав ни единого звука, как подкошенный рухнул на тропинку. Ликующий Ландри Кокнар завизжал, как недорезанный поросенок, и устремился на второго молодца, чтобы отправить его вслед за первым. Но судьба распорядилась иначе…

Слуга испанца налетел прямо на Вальвера. Юноша молниеносно перехватил пистолет в левую руку, а правой сработал, как настоящей тяжелой гирей. Сокрушительный удар кулака пришелся гиганту между глаз, и бедолага упал рядом со своим напарником в тот самый миг, когда Ландри Кокнар собирался опустить ему на голову рукоять пистолета. Но, хоть этого противника уложил и не Ландри, он все равно опять заверещал, празднуя победу.

И тут невесть откуда появились Эскаргас и Гренгай, словно оба они наблюдали за борьбой из какого-то укрытия и ждали именно этой минуты. В руках у них были крепкие веревки. Раненые и пикнуть не успели, как уже были связаны по рукам и ногам, да так, что не могли и пальцем пошевелить. Впрочем, они об этом и не помышляли: оба были без сознания.

Д"Альбаран вскочил на ноги и принялся оглядываться в поисках своего заряженного пистолета, который давно покоился на дне Сены, куда его носком сапога сбросил Вальвер. Тогда испанец обнажил шпагу. И тут в двух шагах от себя он увидел дуло пистолета и услышал твердый голос графа де Вальвера:

— Не двигайтесь, господин граф, или мне придется угостить вас порцией свинца.

— Дьявол! — в приступе отчаяния взревел д"Альбаран.

Но он так и остался на месте. Вальвер только этого и хотел. Улыбнувшись, юноша сказал:

— Прекрасно. Надеюсь, теперь мы договоримся. Это в ваших интересах.