Собрание сочинений в 9 тт. Том 2

22
18
20
22
24
26
28
30

Едва он покончил с виски, как Минни вошла снова.

— Мисс Реба велела вам идти наверх.

Хорес поднялся по лестнице. Мисс Реба ждала наверху. Она провела его по коридору и распахнула дверь в темную комнату.

— Вам придется разговаривать в темноте, — сказала она. — Ей не хочется света.

Через открытую дверь свет из коридора падал на кровать.

— Это не ее комната, — сказала мисс Реба. — Она не пожелала видеть вас у себя. Думаю, вам следует потакать ей, пока не узнаете, что нужно.

Они вошли. Свет падал на кровать, на изогнутый неподвижный холмик одеяла, постель была не разобрана. Она задохнется, подумал Хорес.

— Милочка, — сказала мисс Реба. Холмик не шевельнулся. — Он здесь, милочка. Давай включим свет, пока ты укрыта. Потом можно закрыть дверь.

Мисс Реба включила свет.

— Она задохнется, — сказал Хорес.

— Через минуту высунется, — ответила мисс Реба. — Ну, давайте. Говорите ей, что вам нужно. Я побуду здесь. Не обращайте на меня внимания. Я не смогла бы заниматься своим делом, если бы давным-давно не приучилась быть глухой и немой. А любопытство если у меня когда и было, то в этом доме я уж с каких пор забыла про него. Вот вам стул.

Она повернулась, но Хорес опередил ее и придвинул два стула. Он сел возле кровати и, обращаясь к неподвижному холмику сказал все, что хотел.

— Мне надо только узнать, что произошло на самом деле. Вы ничем себя не свяжете. Я знаю, что это сделали не вы. Пока вы ничего не говорили, я обещаю, что вам не придется давать на суде никаких показаний, если только этому человеку не будет грозить повешение. Я понимаю ваши чувства и не стал бы тревожить вас, если б речь шла не о спасении человека.

Холмик не шевельнулся.

— Его хотят повесить за то, чего он не делал, — сказала мисс Реба. — А у нее нет никого и ничего. Ты вот с бриллиантами, а она с этим несчастным малышом. Ты же его видела.

— Я понимаю ваши чувства, — сказал Хорес. — Вы сможете взять себе другое имя, надеть одежду, в которой вас никто не узнает, очки.

— Лупоглазого не зацапают, милочка, — сказала мисс Реба. — Он же ловкий. Фамилии его ты все равно не знаешь, а если тебе придется идти в суд, я ему сообщу, он куда-нибудь уедет и пошлет за тобой. Вам с ним не обязательно оставаться в Мемфисе. Адвокат этот не даст тебя в обиду, тебе не придется говорить ничего такого…

Холмик шевельнулся. Темпл отбросила одеяло и села. Волосы ее были взъерошены, лицо опухло, на щеках алели пятна румян, губы были раскрашены, словно лук свирепого Купидона. Она глянула на Хореса с какой-то глухой ненавистью, потом отвернулась.

— Я хочу выпить, — заявила она, натягивая на плечо ночную рубашку.

— Ложись ты, — сказала мисс Реба. — Простудишься.