Я-то думал, учебу она закончит благодаря мне, учитывая, что платил за нее по большей части я.
Вижу дом – двухэтажный таунхаус с фальшивым колодцем на газоне. Ненавижу такие штуки, особенно когда возле них еще бутафорские ведра ставят. Будто кто-то поверит, что эта семейка черпает воду из земли, когда у них прямо на стене торчит электрическая коробка, а за загородкой виднеется блок переменного тока. У бабá тоже такой, только хуже – там еще вокруг резиновая земля, в которую понатыканы пластиковые цветы из магазина «Все по доллару». Фальшивые цветы в фальшивом колодце, используемом как фальшивый цветочный горшок.
В окне гостиной горит свет. А на втором этаже темно.
– Маркус? Мне тут остаться? – робко спрашивает Амаль.
Ненавижу, когда у нее такой робкий голос. Сразу хочется напомнить ей, кто она такая.
– Ага. Окна не открывай и двери заблокируй.
Я вылезаю из машины и иду по подъездной дорожке. Пучки травы повылезали между плоских круглых камней – видно, любят нарушать общественный порядок. На ходу окидываю взглядом улицу. Свет в доме не горит ни на первом, ни на втором этаже. И мне это не нравится.
Я трижды громко стучу в дверь кулаком; наконец она распахивается. На пороге блондинка с красным опухшим лицом. Глаза тоже красные.
– Все нормально, я в порядке, – лепечет она.
Лицо и грудь у нее в веснушках. И рука, которой она придерживает сетчатый экран от комаров, тоже. Вторую руку я не вижу, ее она прячет за спину.
Я показываю на бейдж и объясняю, что к нам поступил звонок.
– Мэм, мне нужно увидеть ваши руки.
Она быстро показывает мне руку и тут же снова прячет.
– У нас правда все хорошо.
– И все же мне нужно задать вам несколько вопросов. – Я улыбаюсь. – Вы звонили, так что я обязан это сделать. Извините.
Она нервно кивает, оглядываясь через плечо.
– Ваши муж и ребенок дома?
– Да, мы смотрим матч «Балтимор Ориолз». Это все просто ерунда, недопонимание.
– Правда? «Ориолз» играют с «Блю Джейз»? – Я отвлекаю ее, снова демонстрируя бейдж. – Вот, пожалуйста, посмотрите.
– Да, с «Блю Джейз». Слушайте, все в порядке, правда…