Чудеса в ассортименте

22
18
20
22
24
26
28
30

– Негусто.

– Да уж.

Друзья слаженно хмыкнули-вздохнули и пошли за Вивьен. Она методично проверяла имущество на предмет присутствия-отсутствия.

– Ну что? – поинтересовался Ренс, прислоняясь к косяку двери. – Пропало что-нибудь?

Девушка одарила его растерянным взглядом.

– Вроде бы все на месте.

– Что же он искал? – Внутрь протиснулся один из дознавателей, невысокий и какой-то блеклый. Однако глаза были ясными и умными.

Оба приятеля прищурились, оценивая его. В свете последних событий каждый представитель дознавательской службы виделся им врагом. Впрочем, Ренс и раньше не особо их жаловал.

– Не знаю, – пробормотала Вивьен, расставляя на свои места разбросанные вещи.

– Простите, манихинге, – пробасил Улис, тоже появляясь в дверях. Ренс посторонился, пропуская помощника Эрни в комнату, даже одобрительно хлопнул его по плечу. – Я, кажется, разбил что-то, когда от стула уворачивался.

Вивьен покачала головой и поцеловала юношу в щеку, для чего ей пришлось приподняться на цыпочки, а Улису наклониться.

– Глупости. Если бы не ты, неизвестно что бы он тут натворил.

– И все же, что же он искал? – повторил свой вопрос дознаватель.

Вивьен внезапно вскинула голову и почти побежала к коридору. Подергала ручку одной из дверей. Та была закрыта. Девушка выбрала нужный ключ из связки и открыла комнату. На первый взгляд все выглядело как и обычно. Вивьен быстрым шагом прошла к сейфу, стоящему под письменным столом. Следов взлома не было видно, но на всякий случай девушка проверила и внутри.

– Деньги на месте, – пояснила она, закрывая сейф.

Затем Вивьен обошла мастерскую и прочие комнаты, но, похоже, до них вор не добрался.

Самый большой разгром царил в главном зале. Однако и тут вещи только были свалены или сдвинуты.

– Не понимаю, тут много ценностей, но он не стал ничего брать… – Как ни удивительно, теперь отсутствие пропаж ее тревожило больше, чем ранее мысль об их возможности.

– Это и правда странно, – согласился дознаватель.

– Наверное, он не нашел то, что искал, – глубокомысленно озвучил Улис то, о чем думали все.