Натянутая паутина. Том 2

22
18
20
22
24
26
28
30

Внизу немедленно засуетились, словно грибы после дождя, из маскировочных чехлов появлялись зенитные орудия и парометы, дворец ощетинился оружием и под вой тревожных сирен открыл огонь. Дирижабль ответил немедленно, заголосил основной калибр «Лихтвангеров», и загрохотали «Цайгенхорны», но главную партию исполнили «Сотрясатели». Их бетонобойные снаряды, рухнув с небес, уничтожили главные ворота, а затем проделали несколько дыр во всех линиях вражеских укреплений.

– Враг бьет по движителям! Пожарным командам не расслабляться! Сосредоточить огонь на артиллерии!

Бронетранспортеры подоспели минута в минуту, и передовые влетели в проломы, не сбавляя скорости. Когда они оказались внутри, из десантных отсеков посыпались люпсы в броне, вооруженные короткими клинками и дробовиками. Воя и рыча, они первыми вступили в бой со всей яростью, свойственной их волчьему роду. Пока передовые отряды «Плуга» принимали на себя основной удар, остальные транспорты занимались упорядоченной выгрузкой солдат. Генерал Кирхе раздавал указания старшим офицерам, он уже был там, внизу, руководил битвой из самого ее сердца.

Защитникам объявили, что все, кто не сложит оружие, будут уничтожены во имя Мескийской империи, но мало кто воспользовался шансом. Продвижение штурмующих вглубь дворцового комплекса встречало ожесточенное сопротивление, которое тем не менее не могло остановить нашего натиска. Солдаты Имперры были выкованы для битвы лучшим военным офицером и экипированы лучшими военными изобретателями, они обладали великолепной выучкой, богатым опытом, а потому рвались внутрь неудержимой силой, действуя как единый организм. «Жернова» перемалывали основные силы противника; «Коса» перекрывала целые направления огнеметами и пулеметами, вызывая на себя вражеский огонь и прикрывая братьев по оружию; «Плуг» вспарывал «целину» своим непреклонным и яростным натиском, а закончилось все молниеносным ударом «Серпа», который подрезал вражескому сопротивлению пяточные сухожилия.

«Война – это путь обмана», – сказал древний полководец, и с тех пор все толковые военачальники старались дезориентировать врага. В этой битве сия почетная обязанность выпала Адольфу, который вместе со своими диверсантами вскарабкался по отвесному королевскому утесу и нанес удар с самой неожиданной стороны. Вместе с тем, когда к битве присоединились шападо и на площадь Святой Луны из чрева «Вечного голода» спустился армодром, все можно было считать конченым.

Я ступал по коридорам королевского дворца, стены которых были усеяны выбоинами от пуль, а полы – трупами. Черный Караул окружал меня надежным щитом, не ослабляя бдительности. Все еще гремели выстрелы, вдали слышались команды, крики и свирепый рев. Шерхарры, служившие Солермо эл’Азарису личными гвардейцами, сражались до последнего вздоха, что вызывало искреннее уважение.

– Разрешите доложить! – Конрад Кирхе встал передо мной и отсалютовал окровавленной саблей.

– Докладывайте.

– По вашему приказанию вражеская крепость взята! Отдельные очаги сопротивления будут подавлены в самом скором времени!

Его темное одеяние тоже сочилось кровью, судя по всему – чужой.

– Потери с нашей стороны?

– Несколько бо́льшие, чем мы рассчитывали, но ничтожно малые в сравнении с потерями врага!

– Что ж, это хорошо. Определим семьям героев щедрые пенсии и возьмем под покровительство судьбы их отпрысков… А что с викарнами?

– Во время штурма ударили в спину королевской гвардии. Дрались достойно, однако уступали числом и, скажем прямо, габаритами, так что большинство полегло. Для нас же то был очень эффективный прорыв сквозь вражескую оборону.

– Значит, решили драться. Молодцы. Форхаф?

– Убил троих шерхарров, пытаясь совершить месть, но был тяжело ранен. Наши целители стараются вытащить его с того света.

– Хм. Что ж, свою миссию он исполнил. Хорошо.

– Но есть и плохие новости, мой тан! Осмелюсь доложить, последнюю часть генерального плана осуществить не удалось!

Я сжал кулаки.

– Он сбежал?