— Просто попросила ригата помочь, если может. Чтобы Марита рассказала правду.
Если честно, сначала я не хотела рассказывать Адриэну или Рэмиру о том, что это я попросила Ферекса, и о том, что ригаты вообще могут так делать. Но, поразмыслив, пришла к мнению, что все равно это не тайна, а пользу может принести. А вот то, что я общаюсь с ними ментально, мне до сих пор удавалось успешно скрывать, надеюсь, так будет и дальше.
Адриэн переместился и сел на пол, прислонившись плечом к кровати. Он по-прежнему держал мои пальцы в своей руке. Мы посидели молча, думая каждый о своем. У меня все еще горели уши от его утешений. Впервые со мной было такое, и чувствовала я себя безмерно глупо. Наверное, если бы он меня просто поцеловал, я бы знала, что делать — ответить на поцелуй или не ответить. А сейчас не знала. И от этого ужасно смущалась.
А еще у меня был миллион вопросов к Адриэну, и в то же время ни один из них я не решалась задать. Но в данную минуту больше всего волновали два. Кто он такой? Даже призраки в склепе мутили и вещали об этой парочке что-то невразумительное.
Мне давно уже казалось, что, возможно, вся эта история с наследником в зеркале, который якобы за нами наблюдает, вымышленная. А на самом-то деле наследник Адриэн. Или Рэмир. Но если судить по их характерам, то скорее уж Адриэн. Он как-то больше вписывается в мои представления о том, каким должен быть предполагаемый правитель. Как-то Рэмир не тянет: эдакий балагур, душа компании, флиртующий нон-стоп со всеми девушками в округе и поющий песни у костра.
Но с другой стороны, это может оказаться маской. Кто же этих наследников поймет, особенно если они так шифруются и скрываются от всех? Но вообще я надеялась, что это кто-то третий, неизвестный пока игрок. А если все-таки Адриэн? Его бы я приняла в качестве жениха, если бы наследником был он?
И второй вопрос — сотрут ли мне память о Калахари вообще или только о конкурсных заданиях? Но это все равно приличный отрезок времени. Я же тогда забуду и ригатов, и уроки фехтования, и эльфов, и призраков. А Адриэн? Что я буду помнить о нем? Что спас когда-то в парке? И что встретил меня во дворце? И все? Обидно как-то. А если бы я вдруг влюбилась и… Он ведь мне нравится, очень нравится, я ничего не могу с этим поделать. И что, я потом даже не вспомнила бы его?
Я осторожно высвободила руку и аккуратно кончиками пальцев провела по его гладковыбритой щеке, по линии подбородка. Указательным пальцем прорисовала ровные линии бровей. Покачала серьгу в ухе. В последнее время он носил сережку в виде вытянутой грушеобразной жемчужины. Стоит, наверное, сумасшедших денег и очень ему идет.
Какой же Адриэн все-таки невероятный. У меня просто эстетический шок случается, когда я вижу такую совершенную мужскую красоту. Смотришь и получаешь удовольствие лишь от созерцания. А он даже дышать перестал и, затаившись, не шевелился под моими касаниями.
Но мне ведь хочется настоящих чувств, а не просто курортного романа с красивым аборигеном. Хочется ухаживаний, цветов и конфет в подарок, и пусть я их не ем, ему самому и скормила бы с чаем. Хочется свиданий при луне и сумасшедших поцелуев. Настоящих — таких, от которых ноги подкашиваются и сердце заходится, прямо как в книжках. А не слюнявых и неумелых, которыми меня пытались одарить мои кавалеры на паре свиданий. Фу, даже вспоминать не хочется.
Поверить? Страшно. Довериться? Еще страшнее. А может, мне и вправду остаться в Калахари? Мне ведь безумно нравится этот мир. Не представляю, как я вернусь в свою обычную скучную жизнь, где нет места сказке, а есть только учеба, вечная гонка, чтобы успеть выучить заданное, подготовиться к зачетам и экзаменам. Погоня за автобусом, который всегда умудряется уехать с остановки именно тогда, когда я к ней только бегу. Пронзительное верещание будильника по утрам, разговоры по телефону с единственной подругой.
Попросить Адриэна передать родителям письмо, а со временем добиться разрешения съездить навестить их? Но что я буду делать здесь? Мне ведь учиться надо. А где здесь учат диких необразованных девчонок, которые не обладают магическими способностями и ничего не знают об этом мире?
Ладно, все это потом. Сейчас разобраться бы с этим конкурсом, обручением и оракулом.
— Адриэн, а у вас много оракулов?
— Что? — Он расслабленно смотрел на меня и, кажется, даже не понял мой вопрос.
— У вас много оракулов?
— Точно не считал, но не один.
— А тот, который… хм… обо мне навещал, далеко? И какой он?
— Ну не так чтобы запредельно далеко. Это жрец Солары.
— Солары… Снова Солара. И кольцо у меня в виде ее знака, и шкатулка имени ее. И камень у вас в подвале с ее же знаком. Занятный камушек, кстати.