Со свечами в руках они обошли всю постройку, и выяснили, что мертвецам неоткуда к ним пролезть. Это было и хорошо и плохо одновременно. Конечно, очень радовало, что тухлая братия не повалит внутрь сквозь какой-нибудь черный ход, но и им двоим не выскользнуть наружу тайной тропой. А парадные двери, крыльцо и все подступы качественно осадили зомби. Их, судя по производимому шуму, там собралось сотен пять. Не исключено, что и больше. Если на призывы товарищей к церкви подтянулись меломаны с дискотеки, то снаружи могло пастись тысячи полторы голов.
Зомби продолжали бить кулаками в дверь и царапать ее ногтями, но уже не так яростно, как в самом начале. Тварями они были тупыми, и если добыча исчезала из поля их зрения, они быстро забывали о ней. Впрочем, зомби умели засечь живого человека каким-то сверхъестественным способом, и классические органы чувств тут были не при чем. Вполне возможно, что они чуяли две порции вкусной и здоровой пищи, засевшие в церкви, а потому продолжали упорно скрестись в двери.
Павел и Костя сидели на полу, неподалеку от входа, и молчали. Между ними стояла толстая свеча, на чьей вершине вился крошечный огонек. От свечи шел резкий запах каких-то благовоний. Возможно, это был тот самый ладан, что якобы обращает чертей в паническое бегство. Или иное сакральное вещество. Никто из них двоих не был набожным человеком, и не разбирался в культовых ароматах.
Погруженная в сумрак церковь производила тягостное впечатление. Особенно под соусом из рычания и воя мертвецов, упорно продолжавших стучать в двери. Павлу то и дело чудилось, что он замечает во мраке какое-то движение, и парень всякий раз вздрагивал, а затем вскидывал дробовик. И лишь присмотревшись, понимал, что это воображение играет с ним недобрые шутки. Судя по тому, как часто дергался Костя, ему тоже мерещились всяческие гадости.
После долгой пробежки по городу обоих мучила жажда, которую нечем было утолить. Возможно, где-то в церкви было припрятано вино для причастий, но искать культовую заначку в темноте не было никакого желания. К тому же употребление спиртного в их ситуации явно было не лучшей идеей. Для того чтобы успешно вырваться из столь скверной ловушки, требовалась предельно ясная голова.
— Ну, что будем делать? — нарушил молчание Костя.
Павел, который сам ломал голову над этим вопросом последние полчаса, ответил после непродолжительной паузы:
— А что нам остается? Будем ждать.
— Ждать чего? — спросил Костя. — Когда мертвяки разойдутся по домам? Думаю, этого мы точно не дождемся.
— Пусть немного успокоятся, — пояснил Павел. — Если они освободят выход и лестницу, возможно, нам удастся прорваться.
Сказать-то он это сказал, но веры в подобный исход у него не было ни капли. С чего бы мертвецам освобождать им путь? Эти твари терпеливы и упорны, ничто не интересует их в этом мире, кроме человеческой плоти. Ради нее они охотно проторчат на одном месте хоть сутки, хоть месяц, хоть целый год. Им спешить некуда, они ведь уже умерли.
Как назло, у них с собой не было никаких серьезных средств увещевания, вроде тех же гранат. Дробовики и пистолеты были совершенно бесполезны против столь многочисленной орды. Тут требовался станковый пулемет, а лучше два, и бесконечный запас патронов к ним.
— Будем ждать, — повторил Павел, которому больше нечего было предложить.
Костя ничего не ответил. Посидев немного, он поднялся на ноги и взял с пола свечу.
— Ты куда? — встревожился Павел.
— Не могу сидеть на одном месте, — признался друг. — Меня от их рычания наизнанку выворачивает. Пойду, осмотрюсь. Может, найду что-нибудь интересное.
— Ладно, — сказал Павел. — Только осторожнее. Не свались в какой-нибудь подвал.
Костя ушел, унеся с собой свет. Павел остался сидеть в темноте, слушая рычание мертвецов и редкие удары в дверь. Он с горечью подумал о том, что намеченный карьерный рост может встать ему слишком дорого. Впрочем, стоило бы догадаться, что это задание не станет увеселительной прогулкой. Возможно, они сильно поторопились, согласившись на княжеское предложение. Да и тот прыщавый мужчинка на картошке, он ведь пытался их предупредить. Похоже, он что-то знал.
Но тут Павел вспомнил минувший месяц, наполненный непрекращающимся физическим трудом на грани подвига, вспомнил невкусную еду, которой их с Костей кормили в Цитадели, и понял — нет, согласились они не зря. Лучше уж рискнуть, чем до конца дней своих мешать раствор и питаться безвкусной кашей. К тому же, хоть их положение и скверное, они ведь еще живы и даже не ранены. Нужно только воспользоваться тем преимуществом, которое возвышает их над зомби — мозгами. И придумать, наконец, какой-то спасительный план.
Не успел Павел помыслить об этом, как вернулся Костя и принес новости.