«Ты ведьма, знаешь?»
«Полагаю, это комплимент» — отвечает Лера, сопровождая текст смайликом.
«Это комплимент. Ладно, заканчиваем. Иначе я так воодушевлюсь, что не смогу встать со стула».
«Так рад меня видеть?»
«Сомневаешься?»
«Значит, до вечера?»
«22.10. Я встречу тебя за домиком у клумбы».
30
За окном давно темно, а в нашем домике царит сонная тишина, когда я, наконец, натягиваю кроссовки и направляюсь к двери.
— Одеколоном твоим весь отряд пропах, Ромео, — елейным голосом сообщает Матвей, приподнимая голову от подушки.
— Переживете, — беззлобно огрызаюсь я шепотом. — Спасибо еще раз, что согласился остаться один на ночь.
— Ой, ладно, иди уже, — отмахивается Волков. — Паша написал, что скоро подъедет.
— Хорошо. Я вернусь утром до завтрака.
— Не вопрос. Леру только не обижай, — добавляет приятель.
Ничего не ответив, я выхожу за дверь, погружаясь в бархатную тишину июньской ночи. Здесь выдыхаю — не то, чтобы меня задели слова Матвея, но все же странно осознавать, что мои отношения с Лерой больше ни для кого не являются секретом. Наверное, раньше это бы меня очень злило, сейчас же я просто испытываю дискомфорт. Я по натуре закрытый человек — такому как я нелегко становится объектом сплетен и пересудов.
До домика первого отряда идти меньше минуты — вниз по тропинке и потом свернуть направо. Спрятавшись под сенью раскидистого дуба, набиваю сообщение для Леры.
Через некоторое время слышится глухой толчок двери и легкие шаги вниз по деревянным ступенькам. А буквально через секунду перед моими глазами появляется Александрова в коротком платье-толстовке желтого цвета и белых «Конверсах».
— Привет! — шепчу я, широко улыбаясь.
Заметив меня в темноте, она торопливо идет навстречу, а потом вдруг резко останавливается.
— Я должна была одеться иначе? — спрашивает она, с подозрением разглядывая мою голубую льняную рубашку и светлые шорты.