Я увидела Татию и Моргана и немного успокоилась. Они как спасительный якорь, островок счастья в зале, полном безумия и мерзости. На руке девушки болтался браслет, а Морган словно боялся, что он соскользнет и лишит его счастья – придерживал его.
Что ж, хоть кто-то выйдет с бала с ощущением покоя.
Почти никто не танцевал, в основном уже сложившиеся пары «хозяин-идеальная». Больше половины девушек бродили без браслетов, лорды неторопливо и степенно высматривали наилучший товар. Я пыталась отыскать хоть одно знакомое лицо, но когда нашла, выругалась сквозь зубы, и какой-то гость брезгливо шарахнулся.
– Надо же, какие мы нежные, – фыркнула я.
Надо сбежать! Лазарь Фаренгейт пока не видел меня, но когда увидит, может существенно осложнить и без того непростую жизнь. Я почему-то сразу поняла, что это именно Лазарь, а не Бес, вспомнила его угрозы – и решила бежать. Плевать на Эржбет, плевать на правила!
Расталкивая народ и направляясь к выходу, я заметила странную вещь: от меня словно шарахались. Что было странно, потому что все меньше идеальных оставалось без браслетов. Может, слух о том, что принц хотел выбрать меня, разошелся среди гостей? Или Дилан мстит и приказал меня не выбирать…
Я даже на секунду замешкалась, подумав, что если это так, то Эржбет просто отчислит меня и отпустит на все четыре стороны. Потом снова вспомнила про Лазаря, и снова начала продвигаться к выходу.
Но скотина зашел с другой стороны и крепко вцепился мне в руку.
– Стоять! Вот и ты! А я тебя везде ищу!
– Пусти!
– Подожди, сейчас браслет надену. Куда же я его положил…
Лазарь демонстративно шарился по карманам в поисках браслета, не выпуская меня, а я одновременно пыталась вырваться и сдержать рвущуюся наружу магию.
Сдержать не получилось. Там, где соединялись наши руки, вспыхнул синий огонек, да так ярко и стремительно, что все свечи разом погасли, погрузив зал во мрак и тишину.
– Не смей! Только попробуй, Лазарь, и я не постесняюсь никого, ты тысячу раз пожалеешь, что ко мне подошел!
К нам обратились все взгляды, и я надеялась, парень стушуется от такого внимания, но он одним уверенным движением застегнул браслет на моей руке. И тут же отшатнулся: я влепила ему пощечину. Почти ожидая услышать крик Эржбет, почти ожидая ответного удара, но мне было плевать. Негромкий щелчок застежки браслета прозвучал как приговор. Унизительный, жестокий и несправедливый.
– Нет.
Вопреки ожиданиям, это сказала не Эржбет. Я узнала голос, едва услышала. Князь все еще скрывал лицо, но присутствующие почтительно расступались. Значит, знали, кто он?
– Ты передумал.
– Что? – Лазарь скривился. – Мы так не договаривались!
– Мы вообще не договаривались, – холодно произнес он. – Ты передумал.