Кроваво-красная текила

22
18
20
22
24
26
28
30

Кожаное кресло весом в две тонны все еще украшало своим внушительным присутствием кабинет мистера Кембриджа. На стенах по-прежнему висели таблички престижных клубов — «Ротари», «Республиканский управляющий комитет штата», «Техасские рыцари», на письменном столе стояла вазочка с ирисками. Вот только сам Зик Кембридж изменился.

Он стал меньше и уже не казался мне великаном. Черный костюм болтался на нем немного слишком свободно, уголки рта на прямоугольном лице слегка опустились, заостренный нос — одна из немногих черт, унаследованных от него Лилиан, — покрылся сеточкой красных прожилок.

Мистер Кембридж оторвался от изучения каких-то бумаг, когда я вошел, и собрался задать вопрос, но, увидев, что я не секретарша, нахмурился и немного неуверенно поднялся на ноги. Затем он продемонстрировал мне еще одну черту, которую унаследовала от него Лилиан, — характер.

— Какого дьявола тебе здесь нужно?

У меня за спиной секретарша робко просунула голову в дверь, словно боялась, что ее могут обстрелять.

— Мистер Кембридж? — негромко спросила она.

Он бросил на нее свирепый взгляд поверх бифокальных очков и повернулся ко мне.

— Все в порядке, Камерон. Это не займет много времени.

Камерон закрыла за собой дверь. Мне показалось, что она даже проверила, насколько плотно та захлопнулась. Зик Кембридж долго смотрел на меня, но все же неохотно указал на кожаное кресло. Бифокальные очки он небрежно бросил на стопку бумаг.

— Какое право ты имеешь приходить в мой офис, мальчишка? Тебе недостаточно вреда, который ты уже причинил?

В прежние времена он прорычал бы эти слова с таким напором и силой, что задрожала бы мебель. Я бы принес извинения за то, что слишком поздно доставил Лилиан домой, за то, что гудел клаксоном на автостраде или не так одевался в присутствии их друзей — я боялся, что этот человек может меня убить. Теперь же, когда он говорил, его голос больше напоминал удар молотка по лезвию пилы — громкие, но дребезжащие звуки, и такие водянистые, что они казались абсурдными в своей мощи.

— У меня возникло чувство, что вы откажетесь со мной встретиться, сэр.

— Проклятье, и ты не ошибся.

— Я хочу поговорить о Лилиан.

Его челюсть слегка дрогнула.

— Конечно.

— Миссис Кембридж сказала мне…

Он ударил кулаком по столу.

— Не пора ли тебе оставить в покое мою семью?

Фотографии в рамках задребезжали, вазочка с ирисками даже не дрогнула. Зик Кембридж опустился в кресло и еще раз стукнул кулаком по столу, но уже не так сильно. На смену гневу пришло раздражение.