— Это был обычный, ни в чем не повинный бродяга. Видимо, хотел ограбить или же просить милостыню. Ваша дочь испугалась, подумав, что ее схватил убийца, и сбежала.
— Вы поймали его?
— Его поймала толпа людей, которые отправились на поиски пропавшей мисс Абрамсон.
— Надеюсь, этот подлец арестован? — теперь во всем внешнем виде и словах барона сквозила ярость.
— Нет.
— Как?!
— Его убили. Забили до смерти, — Аттвуд говорил показательно равнодушно, при этом внимательно наблюдая за бароном.
— Так и надо негодяю!
— Он был обычным бродягой. И ни в чем не повинен.
— Он напал на мою девочку. Испугал ее! Этого достаточно, чтобы такая нечисть была уничтожена!
Говоря это, барон брюзжал слюной от порывистости речи, вся мимика чуть одутловатого лица источала лютую ненависть. Для знаменитого ученого из окружения королевы Виктории такое зрелище было противным и недостойным. Сэр Валентайн посмотрел в сторону, чтобы Олдос Милтон не смог различить сожаления в его взгляде, переходящего в презрение от услышанного. Он считал, что человек — всегда человек, независимо от статуса в обществе и размера кошелька. И как любой другой заслуживает справедливости. Но, к великому сожалению, законы королевства и общества далеко не совершенны.
— Я хочу поговорить с Джиневрой, — сухо произнес он.
— Да, да! Идемте!
И барон засеменил вверх по лестнице, не замечая следов отвращения на лице ученого. Аттвуд направился вслед за ним. Джиневра сидела в кресле у окна. В ее взгляде чувствовалась опустошенность.
— Видите? — почему-то зашептал Милтон. — Вот так часами может сидеть, глядеть в окно, и такое впечатление, будто ничего не замечает перед собой.
Валентайн не обратил на его слова никакого внимания.
— Доброе утро, Джиневра, — мягким голосом произнес он. — Как вы себя чувствуете?
Девушка продолжала смотреть в окно, потом вдруг моргнула раз, затем другой и повернула голову в сторону только что вошедшего доктора Аттвуда, который приблизился к ней и присел на стул напротив.
— Не знаю, — вяло ответила она.
— Понимаю, — сэр Валентайн многозначительно взглянул на барона Милтона, который не сразу сообразил, что тем самым его просят покинуть спальню. Потом спохватился, как-то неуклюже кивнул и поспешил выйти, слишком осторожно прикрывая дверь.