Кошки не всегда молчат,

22
18
20
22
24
26
28
30

– Горный, или пещерный тролль может убить человека. Но не от злости, а случайно – по глупости, от неуклюжести своей, или если его сильно испугать. А что может мелкий тролль из-под моста, который и с места-то не двигается никогда? Только шутки шутить – это у них единственное развлечение. То, что шутки у них часто злые, и всегда глупые – так это не от особой злобности, а от плохого чувства юмора.

– Я смотрю, кошки много чего знают…

Собеседница девочки недовольно дёрнула хвостом:

– Если бы ты двести лет сидела под мостом, у тебя бы тоже был отвратительный юмор.

Рике дошла до мостика и засунула голову в проём.

– Эй, Шутник! Куклу хочешь?

Секунд двадцать было тихо. Девочка уже собралась уходить, но тут раздался скрипучий голос. Тот самый, так хорошо знакомый ей по страшным снам.

– Что девочка хочет за куклу?

Рике отшатнулась, но взяла себя в руки.

– Ничего. Бери, она твоя.

Две паучьих лапки, как мокрые чёрные ветки медленно вытянулись из-под мостика, словно пробуя свет на ощупь. Рике осторожно положила в них Барби.

– Девочка хорошая.

Кто-то уже говорил ей подобное, не так давно, и таким же противным голосом.

– Играй, чучелко.

Рике вздохнула, и вернулась к хижине.

Котята уже затеяли возню на солнце – два чёрных и два рыжих малыша.

Один из котят сморщил мордочку и чихнул. Рике присела рядом с ними и подставила лицо солнечным лучам. Мать котят забралась ей на колени и замурлыкала. Кошки знают… На глаза навернулись слёзы. Что-то часто я реву в последнее время, сердито подумала Рике, быстро их смахнув. Ракса-плакса, победительница чудовищ.

Так странно – Бьёт-в-Нос пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти мою, пришла в голову мысль. А в это время Тёплая Пыль уже носила в себе его продолжение – этих смешных кошачьих деток. Человек, который отнял у меня самое дорогое, спас когда-то жизнь рыжему котёнку, а потом и мне. Жизнь порождает жизнь, несмотря ни на что.

Жизнь никогда не кончается.

Простое чудо.