Но Расторгуев словно и не слышал этой легкой перебранки. Он по-прежнему внимательнейшим образом изучал светящуюся поверхность монитора.
– Николай Иванович, – старший помощник слегка дернул академика за рукав, – вас командир спрашивает.
– О чем? – Ученый соизволил оторваться от зеленых точек.
– Я хотел узнать, какой реакции можно будет ожидать от китов, – повторил вопрос Морской Волк, – когда они ткнутся мордами в борт нашей субмарины и поймут, что их надули?
– Да ничего не будет, – академик успокаивающе и нетерпеливо махнул рукой, сетуя, что его оторвали от важного дела. Но командир настоял:
– Николай Иванович, мне необходимо знать хотя бы приблизительную модель их поведения.
– Да какая, к черту, модель?! – В голосе академика проскользнули нотки легкого раздражения. – Видите? Посмотрите сюда, – он коротким жестом пригласил всех к монитору, – пять минут назад мы перестали транслировать сигнал призыва, заменив его на сигнал неприятия. Что-то вроде: «уходите, вы мне не нравитесь», – доступно пояснил Расторгуев, – и последовала моментальная реакция.
Восемь точек действительно расползлись по всей плоскости экрана, но тем не менее все еще находились довольно близко.
– Сколько до них примерно? – поинтересовался Морской Волк у старпома, державшего связь со всеми постами.
– До ближайшего – восемь кабельтовых, – доложил тот.
– Что-то не собираются ваши питомцы разворачиваться и убираться восвояси, – мрачно покачал головой Макаров.
– Ну, во-первых, – начал академик, – это не просто животные, а очень крупные…
– Я в курсе, – усмехнулся командир.
– …проплыть лишний километр для них – значит потратить уйму лишней энергии, – Расторгуев не обратил никакого внимания на реплику Морского Волка. – А уйма лишней энергии – это тонны еды, которую еще надо найти. Так что киты по команде: «Брысь отсюда!» не бросаются стремглав прочь. Сейчас они будут мирно пастись в этом районе моря.
– А во-вторых? – поинтересовался слегка задетый за живое Макаров.
– А во-вторых, – охотно откликнулся ученый, – мы не для того их подманивали, чтобы тут же распугать и удрать. Сейчас мы поднимемся наверх и загарпуним ближайшую особь. По-моему, это то, что нам нужно, а, Лариса?
Расторгуев слегка потеснился у монитора, давая место своей ассистентке. Та молча уставилась на экран.
Если бы в рубке было не так шумно, присутствующие наверняка услышали бы зубовный скрежет командира. Надо же! «Сейчас мы поднимемся наверх и загарпуним!» Каково?! Что они, эти сухопутные недоумки, о себе возомнили?! Морской Волк демонстративно отошел от экрана эхолота и припал к окуляру перископа.
– Вы позволите взглянуть? – настойчиво поинтересовался за спиной командира голос Расторгуева. На сей раз никакой реакции со стороны Макарова не последовало.
– Я передам вашу просьбу командиру, – дипломатично вступил в разговор старший помощник, чувствуя, что вот-вот, и Морской Волк не выдержит. – А пока присядьте вон туда, – он кивком головы указал на два притороченных к переборке откидывающихся сиденья, очень похожих на те, что есть в вагонах каждого пассажирского поезда.