– Ну так, посмотри внутрь, – объяснил солдат. – Гляди в серединку.
– Ну, смотрю, ничего не видно, – вертела стекло красавица.
– Ты смотри дальше.
– Смотрю…
– Внутрь, внутрь…
Она вдруг замолчала. Стала сосредоточенно смотреть, даже чуть морщить лоб, словно то, что она видела, было вдалеке. Так продолжалось недолго, и вскоре лицо ее прояснилось, она вглядывалась уже без напряжения. Даже с интересом что-то рассматривала, и вдруг лицо девушки перекосилось от злобы, она глубоко вдохнула носом, набирая воздух, отбросила шар на перину и заорала что есть мочи:
– Зачем, зачем ты мне это показал?!
– Да что ты там увидала? – удивлялся Волков.
Девица схватила шар снова и замахнулась. Не перехвати солдат ее руку, шар полетел бы в стену.
– Ополоумела? – удивлялся уже и Ёган, все еще разглядывая голую женщину с восхищением.
И монах уже не отводил глаз, смотрел на девицу с испугом, а та не унималась:
– Да чтоб вы сдохли все!
Вскочила с кровати голая, никого не стесняясь, стала собирать свою одежду.
– Чтоб вам всем пусто было!
– Чего разоралась-то? Скажи, что видела? – пытался говорить с ней Ёган.
– Что б ты поносом изошел, – завыла Хильда, надевая нижнюю юбку. – Ироды вы все, зачем добрым людям такое показывать?!
Не слушая ни уговоров, ни разговоров, кое-как одевшись, она кинулась прочь из покоев.
– Да, – сказал молодой монах задумчиво, – видно, что-то недоброе увидала сия женщина в шаре.
– Так в книге сказано, что шар для подлых баб, – заметил солдат.
– Видать, Брунька не то чтобы подлая, просто на передок слабая, а до денег жадная. А так-то она не злая, – резонно рассуждал Ёган. – Да и нет худа без добра.